Княжий посол

Гаврош отбросил щит, схватил топор двумя руками, со стоном воздел его над головой… Воислав, к несказанному удивлению Молодцова, крутанул уширо-маваши. Мощнейший удар в грудь отбросил гридня к саням, где он и остался лежать.

– Видишь, боярин? Забирай свою кровь и уходи. Шлем твой останется вирой и все хорошее оружие, которое мы найдем. И помни, еще раз увижу кого со злом на моей земле – убью его и всех, кто будет с ним. Приду в его дом и убью всех мужчин там. Ты понял? – Боярин закивал. – А ты, гридень, запомни, мы теперь одному князю служим. Не годится нам кровь проливать. – Гавроша тащили двое слуг в это время, вряд ли он что-то слышал, но мало ли. – У тебя удар подсмотрел, – подходя к обережникам, сказал Воислав Даниле с улыбкой. – Будим как?

– Жилы целы, – ответил Клек.

Воислав вложил мечи в ножны, еще раз осмотрел поле боя и гаркнул:

– Убирайтесь все!!!

Несколько десятков мужчин, бывших все еще в состоянии сражаться, безропотно подчинились ему.

Глава 7

Старые и новые пути

Деян сидел за столом, не зная, куда деть руки, привычно подпереть ими подбородок нельзя было, из-за удара Воислава сейчас все лицо его было замотано, говорить с трудом получалось. Бревенчатую комнату освещали лучины, напротив сидел Бурислав, тоже с перемотанной грудью, но рана на его поведении никак не сказалась, все такой же сильный и порывистый. За слюдяным окошком царила темнота.

– Когда она обещала прийти? – хмуро пробормотал боярин.

– До третьих петухов зареклась.

Со второго этажа по лестнице спустился Гаврош, рука у него висела на перевязи.

– Дядька, ты кого ждешь, ведьму ту, что ли? На кой она тебе сдалась? С ворожеей связываться…

– Цыть, уйди спать, и чтобы до утра тебя я не видел.

– Дядя, не по Правде все это будет…

– Я кому сказал, – зарычал боярин, вставая, и тут же застонал из-за боли.

Но Гаврош спорить не стал, молча ушел.

Жрец и боярин еще некоторое время посидели вместе, пока в комнату не заглянул слуга.

– Ну?

– Пришла.

– Зови.

Волоча рукава по полу, в дом боярина опять зашла ведунья, в тусклом свете ее лицо и вовсе нельзя было разглядеть, только огонек лучины отражался в единственном открытом глазу.

– Ой здравия вам, добры молодцы, роду вашему, скоту да челяди. Вижу, здравие вам понадобится."

"– Ты не юли, ведунья, говори сразу, чего думаешь, – бухнул по столу кулаком Бурислав.

– Чего спешить, уговор сначала надо заключить.

– Знаем мы твои уговоры.

– Зря напраслину наводишь. Я все свое выполнила, не моя вина, что вы варягов из-под носа упустили. Да мне еще потом кровь хотели пустить, как не совестно.

– Будет тебе, что было, то прошло, – пошел на попятную жрец.

– Ну ладно. А уговор у нас с тобой прежний. Мне большего не надо, обережник тот самый, жизнь и обряд.

– Сделаю, если боярин мне тоже поможет.