Княжий посол

– А тебе не все ли равно? – с усмешкой ответил Скорохват и тут же добавил уверенно: – Не переживай, торговых гостей боярина Серегея не будет.

Да, Молодцову было не все равно, имелся у него один заочный конфликт с крутым местным боярином Серегеем. Приказчики этого боярина, в самом начале приключений Молодцова, продали его как негодного раба варягам для жертвоприношения.

Данила, понятно, сбежал, но затаил крепкую обиду на этого боярина, который к тому же оказался христианином. Прошлой осенью Молодцову даже удалось поговорить с тем самым, что его продал приказчикам, с помощью варягов. Он, конечно, соблюл все предосторожности, чтобы этот жирный урод его не узнал, но как наказать купчишку, так и не придумал. Не убивать же его все-таки? Тем более вон как судьба вывернулась, а уйти просто так Данила не мог. Вот наговорил купчишке разное, чтобы тот передал хозяину своему, мол, держит на тебя обиду боярин, христианин, которого ты язычникам на капище продал, ходи, боярин, да бойся.

Сам боярин Серегей наверняка расхохотался, когда услышал эту угрозу, если приказчик ему ее вообще передал, а не решил притвориться, что ничего не было. Врагов у такого знатного человека пруд пруди, одним больше, одним меньше. Да плевать, тем более на такого врага, который даже не убил человека за оскорбление.

В итоге наплодил врагов Данила и решил про все забыть. У него своих забот полно, так что боярин Серегей отошел на самый дальний план. Лишь бы из-за своего длинного языка проблем не нажить себе и ватаге.

Клиент обережников, наконец, справился со стременами и седлом и важно выехал из конюшни. Ватага разделилась поровну, Скорохват встал впереди лошади охраняемого лица, Молодцов сзади, таким вот построением купеческая ватага вышла из ворот Словенской сотни.

Переговоры прошли обыденно, кому-то они могли даже показаться скучными. Ни драк, ни наездов с понтами, ни девок и выпивки, одна торговля; кроме того, разговор шел сплошь на специфических терминах, в которых Данила мало что смыслил. Вроде:

«Столько-то ногат отдаю за осьмушку китового жира».

«Не по ладу, сбавляй на полчетверти или накинь еще китового уса на полпуда».

И все примерно в таком же духе. Вот только скучным Молодцов разговор назвать не рискнул, он уже присутствовал на подобных переговорах, когда работал в фирме отца, в далекой современности, но и тогда его больше интересовал не разговор, а люди, как они ведут себя. Ведь на торгах и переговорах знание предмета важно, но второстепенно, главное, характер, внутренний стержень и как себя подаешь.

А здесь ситуация была еще круче, потому что в этом времени трусливый или слабохарактерный человек ни за что бы не стал купцом.