Княжий человек

Обережники простояли в ожидании нападения немало времени, хватило бы, чтобы съесть миску супа, после разведчики из гридней дали сигнал – отбой, опасности нет.

И всё-таки собака не ошиблась – это тоже понял Данила. Там, за бортом ладьи и за тонким строем киевских гридней, за сторожами часовых и пластунов, к ним подбирался враг. И этот враг сегодняшней разведкой не ограничится.

На рассвете сотни ладей опять отправились вниз по реке. Если бы не ожидание ночёвки с возможным нападением кочевников, Данила наслаждался бы поездкой. Плыть приходилось вниз по течению, Днепр сам будто нёс корабли, а если и ветер ещё попутный, то вовсе приходилось табанить вёслами, чтобы не сильно разгоняться. Словом, работали гребцы только для вида.

Настроившись на продолжение похода в том же духе, Молодцов уже вечером, перед скорой остановкой, услышал необычный шум, отдалённо напоминавший шум водопада, который всё усиливался. По лицам друзей он понял, что в нём нет ничего опасного, и, чтобы в очередной раз не выставлять себя идиотом, принялся ждать – ладьи всё равно приближались к источнику звука.

«Лебёдушка» ловко прошла очередную излучину реки, вышла на простор и… Данила обомлел – в нескольких перестрелах от корабля Днепр словно кипел! Вода разбивалась о десятки камней, торчавших на поверхности и скрытых в глубине, бурлила и пенилась, как в настоящем водопаде. Этого он увидеть точно не ожидал. Молодцов, конечно, читал о порогах, но не мог себе представить их такими, да ещё на спокойном Днепре.

Идти по такому фарватеру было чистым самоубийством. Вуефаст спешно направил ладью к берегу, остальные корабли последовали его примеру. Наступала темнота, следовало как можно быстрее причалить и приготовиться к возможным нападениям.

– Не спи! – изрёк Клек, сидящий на одной гребной скамье с Данилой.

– Да вроде пока не собираюсь.

Варяг захохотал, громко и безудержно, даже слёзы на глазах выступили.

– Вот и правда ты чудной, Даниил, – сказал он и шёпотом добавил: – Недаром, что альв.

Данила вздрогнул, о его необычном происхождении они не разговаривали с момента побега с капища, будто забыли. Только никто ничего не забыл.

– Никакой я не альв, – так же шёпотом ответил Молодцов.

– Да понятно уж, куда тебе. А сам – неужто не слышал названий порогов?

– Что-то такое, краем уха.

– Краем уха, – фыркнул Клек. – Первый из порогов прозывают Русь и словене «Не спи». Да нам и так не придётся, нашей сотне в дозоре стоять в этот день выпало. Покажем, что обережники не зря своё серебро получают. Бери щит и пошли, – приказал он, когда дно ладьи зашуршало о песчаную отмель, и сам, подхватив свою защиту, легко сиганул за борт, будто высота до земли была не три метра и на нём не висели пудовым грузом доспехи.