Бедовый 3. Княжий человек

Я молчал, изумленно хлопая глазами. А как еще было реагировать?"

"— Природа она пустоты не терпит, — спокойно рассказывал Василич, ковыряя ложкой торт. — И во всем к балансу стремится. Даже если ты этот баланс и не понимаешь. И если нечисть расплодилась, нужны те, кто ее контролировать будут. Потому рубежники и появились. Правда, с тех пор вон как все поменялось. Теперь вы вроде тех же самых богов. Хотя, скорее уж божков. Настоящих мне доводилось видеть. Скажу тебе, силища в них была огроменная.

— Но все же вы обычный человек, а не из этих? — даже немного разочаровался я.

— Меньшинств, что ли? — будто бы испугался Василич. — Нет, конечно.

— Очень смешно. Я имею в виду, не из богов?

— Посмотри на меня. Разве боги так выглядят?

— Я откуда знаю? Вот только видел всякие штуки, которые вы вытворяли.

Чем мне нравятся откровенные разговоры — тут как на надувной ватрушке с горы кататься. Стоит начать и уже не остановишься. Вот и я поведал о своем наблюдении за соседом, где он ворочал здоровенные камни.

— А, это, — лениво отмахнулся сосед. И от его жеста мне почему-то стало легче. — Тут вон какая штуковина выяснилась. В Прави солнце другое, в Нави его и вовсе будто нет. Вернее, у звезды свет такой особенный, говорю же, сумрачный. А у вас солнце яркое, горячее. И действует на меня странно.

— Это как? Вы на него воете, как волки на луну?

— Сил дает. Но только днем. И в тоже время и отбирает. Я как здесь оказался, стареть стал. Пусть и не так быстро, как вы. В Прави сколько веков прожил, не изменился. А тут вон что, и ста лет не прошло, почти старик.

Угу, старик. Всем бы таким быть. Чиновники из пенсионного фонда взвыли бы.

Сам же я задумался о другом — это сколько же Василичу стукнуло? Тут действительно счет шел не на пару сотен лет. Что-то мне подсказывало, что разрушение Прави не должно было остаться незамеченным в других мирах. К тому же, к нам хлынула нечисть, да и рубежники тогда появились. Значит, и на истории моего мира как-то все отразилось. Правда, я не мог приурочить это ни к какому событию. Ничего в голову ни шло. Может, какие-нибудь Темные века? Или все случилось еще раньше? Сам он не признается, сколько ему лет, раз уж прямо не сказал.

— Так чего вы там храните? В пещере той? — я сегодня проявлял чудеса бестактности.

— Память, — задумчиво ответил Васильич. — А что же ты, хочешь поглядеть?

— Хочу.

— Ну так пойдем!

Сказано было так просто, что я даже растерялся. Могло ли это оказаться ловушкой? Могло. Что стоит этому правцу оставить меня в той самой пещере?

— Федор Василич, вы не обижайтесь, но давайте мы с вами договор заключим.

— И чем мне договор подкреплять? У тебя хист, у меня ничего. Если хочешь, можешь всю свою нечисть взять. Даже новенькую ту.

— Вы ее видели?

— Говорю же, почувствовал.