Бедовый 3. Княжий человек

Ну да, мне же Самуил Ефимович говорил, что волшебный схрон неосознанно создается в месте, которое ты считаешь наиболее безопасным. Вполне резонно. Помимо этого я чувствовал, что никто из рубежников и тем более чужан не найдет его. Даже если будет стоять на том же самом чердаке в метре от него. Такова сила индивидуального заклинания.

Я шагнул обратно, в комнату и портал за мной закрылся. Меня больше всего сейчас интересовал даже не магический карман. А то, что я могу сбежать в любое мгновение на чердак.

Однако судьба в очередной раз показала мне фигу. Как только портал закрылся, я почувствовал влияние нового заклинание. Это было похоже на тесные штаны с полными оттягивающими карманами. Наверное, постепенно привыкну. С печатями как-то же живу, хотя первое время было невероятно дискомфортно.

Как только я повторил про себя нужное слово, то щель на чердак открылась аккурат под размер руки. Ну да, ну да. Хорошо, что жизнь меня заранее подготовила бедовостью. Поэтому из-за подобной подлянки я даже не расстроился. Просто тяжело вздохнул и сложил в «нишу» артефакты и деньги. Немного подумал и все же монеты вытащил. А то как-то было некомфортно. Надо чуток привыкнуть.

И это при всем при том, что у меня так-то четыре рубца. Может, поэтому Лада не пользовалась Словом? Или пользовалась, но у нее схрон был именно в том доме, где она прожила всю жизнь с мужем, который в итоге ее не поддержал?

Ладно, не время предаваться унынию. К тому же, бес уже несколько раз ударил пяткой в дверь. У нас было почти как в театре. С той лишь разницей, что после третьего «звонка» тебя все равно пускали на представление. Но едва ли там было хоть что-то съедобное.

Я успел как раз на раздачу яичницы. Марфа, кстати, сидела тут же с видом английской королевы. Ну да, готовить мы не готовим, но жрать любим. Будь я более скаредным, так устроил бы ей бойкот с голодовкой. Голодовкой, само собой, ее.

Однако я кикимору и так серьезно прогнул. Надо теперь чуть помягче быть. К тому же, перед самыми важными смотринами. Можно полдня потерпеть. Небольшой размен за артефакт и деньги. Я даже сладкий чай ей собственноручно сделал и намазал на хлеб масло. Мол, кушай, Марфушка, не обляпайся.

— Григорий Евпатьевич, позвольте полюбопытствовать? — начал я чинный разговор за завтраком.

— Ну? — сразу набычился бес.

Он знал, что если я называю его по имени отчеству, ничем решительно хорошим подобное обычно не заканчивается.

— А в портсигаре сколько существ может уместиться?

— Понятно сколько, только одно. Да и то там тесновато, не каждый влезет.

— Тогда сегодня вы с Митей остаетесь на хозяйстве. Приберетесь, кушать приготовите. Пошуршите, в общем.

— Хозяин, ты чего это удумал? Какое зло я тебе сделал⁈ — искренне возмутился Гриша.