Князь Тьмы и я

Помрачнел и выдал:

– Теоретически достаточно древние – да.

– Лорд Сторс? – был мой следующий вопрос.

Навьен откинулся на спинку стула, отстукивая пальцами правой руки по поверхности стола какой-то мотив, кажется, вальса, подумал, и ответил:

– Нет. Почему спрашиваешь?

Скрывать я не стала:

– У меня две фобии – вампиры и змеи. Ну как бы даже можно сказать, что змей я боюсь больше вампиров. Но всего один раз, я невольно продемонстрировала это, прошлым летом, в зоопарке, отшатнувшись от террариума и врезавшись в Сторса.

Взгляд тысячника стал на порядок мрачнее. Но несколько секунд размышлений и уверенное:

– Это не Сторс. Кто еще из вампиров был в тот момент в зоопарке?

Если бы я еще и помнила!

Попыталась, конечно, профессия у меня такая, нужно запоминать и вспоминать, но тогда… Человек ко всему привыкает, но на тот момент у меня еще не было этого чисто профессионального чувства созерцания, без каких-либо эмоций. Это потом труп стал просто трупом, как-то учишься от всего этого отгораживаться…

В этот момент раздался звонок на телефон тысячника. Вампир резко поднялся, указал на меня своим людям и ушел. Оставляя меня все так же сидеть на столе, и… свой комп не выключенным.

И вот я вдруг подумала – как далеко простираются рамки дозволенного и допустимого для княгини?

Решила проверить опытным путем.

Мягко соскользнула со стола, оставляя на своем месте чашку, пересела в кресло Навьена.

Вампиры за мной следили, все те пятнадцать индивидов, что занимались контролем территорий дворца, но… Видимо есть что-то такое в статусе «княгини», что мне никто слова не сказал, едва я устроилась перед монитором их руководства.

И… и собственно, я не могла не воспользоваться подобным шансом.

Быстрый взгляд на камеры наблюдение, и я засекла, как Навьен вышел из дворца, спустился к князю, который в задумчивости стоял над головами горничных, и что-то обсуждал со своим вторым тысячником.

Внезапно подумалось – насколько же необычный контраст. Оба тысячника казались огромными. Коротко стриженные волосы, застывшие каменные лица, скупые движения… Князь на их фоне выглядел принцем. Почти принцем… Стройный, даже изящный, с волосами короткими для вампира, но подлиннее, чем у военных, со стильными, элегантными очками в золотой оправе. В нем все было как-то… элегантно. Удивительно гармонично, идеально, правильно. Легкая отрешенность, вдумчивость, внимательность и едва ощутимый, какой-то злой азарт. Это ощущалось. Не знаю как, но ощущалось. Князь пребывал в состоянии ледяной ярости. Основательной настолько, что оба тысячника, несмотря на доверие, держались подальше, видимо тоже чувствуя, что есть грань, тонкая незримая грань, но переступишь – и Даркан начнет убивать.