Князь Тьмы и я

Но, кстати, если речь шла не о голоде желудка, то возникает вопрос:

– А точно именно «медитировать», или вы сейчас что-то другое, но очень созвучное имели ввиду?

Дверь распахнулась – разъяренный вампир, у которого рожа начал стремительно терять человеческие очертания, прорычал:

– Слушай ты…

– Княгиня, – подсказала Малисент. Она явно перепугалась, но все равно готова была встать грудью на мою защиту.

– Княгиняссссс, – прошипело чудовище. – Еще одно оскорбление князя, и я тебе глотку перегрызу, поняла, ты?!

– «Вы», – снова поправила Малисент.

Если честно, я тоже испытала некоторый… ну страх там, парализующий ужас и все остальные прелести соседства с упырем, но справедливость требовала внесения ясности:

– Я не оскорбляла, я предположила, что вы, возможно, несколько неверно обозначили то занятие, которому сейчас предается князь. Мне простительно. Я, лично, вообще понятия не имею, чем вампиры занимаются в свободное время на утро после свадьбы. Так что я только спросила. Это уже вы интерпретировали все по-своему.

Существенно выдвинувшаяся челюсть Навьена показательно отвисла.

Вампир втянул ее обратно и разъяренно спросил:

– То есть это я оскорбил князя?!

Молча развела руками.

Тысячник прошипел что-то невразумительное, развернулся и хлопнул дверью.

А я вдруг осознала, что безумно устала за эту безумную ночь и жутко хочу спать. И даже чифир не помог.

Но тут в двери постучали вновь.

– Князь ожидает вас, – произнес Навьен.

Неозвученным, но явно отчетливым было в этом «И только рискни сказать хоть что-то».

Я не рискнула, я посмотрела на Малисент и спросила:

– Так?

Просто надеть мне было нечего – все мои вещи стекали каплями воды сейчас в ванной, и до сухости им было еще очень далеко.

Девушка вскочила, начала оглядываться, и тут все тот же сотник сообщил:

– Там есть халат…

Ни я, ни вампирша понятия не имели где это «там»?!

– В ванной, – скорбно уточнил вампир, – алый для княгини, черный для князя.

Малисент метнулась в ванную, пошумела шкафами и вернулась с красным халатиком, у которого шелка было меньше, чем кружев.

– Однозначно красный не мой цвет, – мгновенно решила я.

– Красный, – из-за двери возразил Навьен.

Взяла и включила запись на телефоне, чтоб так сказать поднять вампиру настроение, сама сходила в ванную. Черных, как и красных, халатов имелась стопочка. Черный, как и красный халаты был шелковым. Когда я его надела на себя, с одной стороны я в нем утонула, с другой… такое ощущение, что я на конкурсе мокрых маек стою наиболее доступная взглядам, чем тетки в мокрых майках без бюстгальтеров под ними! И главное под низ надеть мне было нечего."

"Психанула, сняла халат, завернулась в полотенце поплотнее, собрала в пучок мокрые еще волосы, и только уже потом снова надела халат.