Князь Путивльский. Том 2

Рыцари, потеряв строй, толпой неслись за ними. Наверное, удивились, увидев перед собой построенную армию, но не остановились. Теперь перед ними было то, что они хотели — неподвижную цель. Только вот доскакать до нее не успели. С трех сторон в них полетели тяжелые стрелы с бронебойными наконечниками. С короткой дистанции, выпущенные из мощных монгольских луков, они прошибали любой из нынешних доспехов. Падали люди и лошади. Задние налетали на них и тоже падали. Громкий топот сотен копыт сменился криками и стонами раненых людей и ржанием раненых лошадей. Атака быстро захлебывалась, перемещаясь вперед все медленнее и расползаясь в стороны. Вот назад поскакал один человек, второй, третий… Их не трогали, давали уйти. Били по тем, кто продолжал сопротивление. Таких оставалось все меньше.

Байдар махнул рукой. Сигнальщик поднял черный флаг и, повернувшись к левому флангу, помахал им из стороны в сторону. Плотная колонна, объезжая раненых и убитых рыцарей и их лошадей, поскакала вслед за удирающими рыцарями. Она быстро набрала скорость. Всадники перевели коней на галоп, строй сразу рассыпался и растянулся. Они пересекли полосу дыма от костров, которая начала оседать. Сейчас начнут орать на польском, французском, немецком: «Спасайтесь! Мы окружены! Нас предали!». Последнюю фразу добавил я. Ничто так не оправдывает нашу трусость, как чужое предательство.

Байдар махнул рукой во второй раз — и легкая кавалерия поскакала на врага, чтобы зайти ему во фланги и начать обстрел из луков. Третий сигнал — и в атаку пошла тяжелая кавалерия. В это время впереди уже громко орали и звенели оружием. Впрочем, продолжалось это недолго. Вскоре шум битвы стал отдаляться и стихать. Когда дым от костров полностью развеялся, перед нами открылось поле, устеленное трупами людей и лошадей, которые лежали по отдельности и кучами. Между ними бродили оставшиеся в живых кони без седоков.

— Найдите князя Генриха, — приказал Байдар.

Несколько десятков поляков, перешедших на нашу сторону, разделились на две группы и пошли искать своего князя среди рыцарей, перебитых перед нами, и там, где была ставка. Его опознали по дорогим, золоченным доспехам и шести пальцам на ногах. Князь Великопольский по прозвищу Набожный был мертв. Видимо, молился меньше, чем грешил. Его голову отрубили и накололи на копье. Мышцы лица опали. Казалось, что князь молится, настолько отдавшись этому, что потускневшие глаза смотрели внутрь, потеряв осмысленность.

— Скачите к воротам Легницы и скажите горожанам, что их князь приказывает им сдаться! — злорадно ухмыляясь, приказал Байдар.

Жителям города несказанно повезет. Им не придется выполнять последний приказ своего князя. Когда мы собирались подъехать к городу, заметили, что к нам скачет гонец.