Книжная девочка

Женя и слова-то такого не знала, но бойкая девушка быстро объяснила ей, что шоппер – это консультант по покупкам, имиджмейкер и психолог в одном лице. Человек, который знает, какая одежда вам нужна, чтобы чувствовать себя комфортно в любой ситуации. Женя сразу согласилась: девушка ей нравилась, возможно, потому, что в отличие от большинства других однокурсниц никогда не носила ничего, кроме джинсов, водолазок и клетчатых рубашек.

…Долгосабуров, заметив Женино смущение, ободряюще сжал ее локоть, наклонился и прошептал на ухо: «Ты лучше всех. Даже не думай сравнивать себя с этими курицами!» Мужчины, обменивавшиеся с ним рукопожатиями, знакомили Женю со своими женами или спутницами, она старалась запоминать имена, но их было слишком много. После поздравлений и представлений, в ожидании ужина пары разъединялись, мужчины образовывали свои кружки, женщины свои. Дочь юбиляра, яркая черноволосая красотка Жениного возраста, одетая во что-то красное и пышное, увлекла Женю в свою компанию. Здесь делились впечатлениями от последних поездок за границу и жаловались друг другу на прислугу. Женя выдержала оценивающие взгляды, но не стала делать вид, что эти темы ей близки – стояла молча, с любезной улыбкой."

"Одна из молодых женщин начала возмущенно рассказывать про няню своего сына, которая его шлепнула, за что была уволена. Шлепок запечатлела скрытая видеокамера, записи которой мамаша просматривала вечерами. Беседа сразу оживилась, оказывается, нянями были недовольны все. Женщины заговорили разом, не слушая и перебивая друг друга. И правда как курицы, подумала Женя.

Итак, недосягаемые красавицы оказались курицами, а герой ее девичьих мечтаний, романтичный и мужественный хирург – заурядным красавцем. Неужели жизнь – как новогодняя елка? Накануне праздника кажется загадочной и прекрасной, обещает чудеса, но приходит время, и пушистые иголки осыпаются, обнажая серые прутья, а глупая мишура теряет блеск…

Она убеждала себя, что совсем не думает о Волчеткине, но влюбленность все еще терзала ее душу… Или это была уже не влюбленность, а смутное сожаление об ушедшем навсегда детстве с его верой в сказку?

Иногда, просыпаясь ночью в чужой спальне, рядом с чужим мужчиной, она остро чувствовала нереальность происходящего. «Неужели это я?» – думала Женя и до тошноты вглядывалась в зеркало, не включая света.

Обстановка гостиничного номера усугубляла ощущение эфемерности, у Жени кружилась голова и пересыхало во рту от страха, что она сейчас умрет, так и не поняв, что такое – жить.

Она шла в гостиную, пила воду и снова ложилась рядом с мужем, прижимаясь к нему. Он обнимал ее, бормотал ее имя и засыпал еще глубже.