Черная книжка

 — Гоулди тебя надоумил, да? Я понимаю, что он хочет нас защитить, но ведь существует…

— Кто сказал, что идея принадлежит Гоулди? — взвилась Кейт, будто оскорбившись, что я приписываю лжесвидетельство ему, а не ей.

Она встала и подошла ко мне, оказавшись со мной лицом к лицу:

— Если мы проиграем это дело, всему конец, — прошипела она. — Мэр останется на своем посту, правильно? Ну конечно останется. Он выйдет на свободу. И его лучший друг Тристан Дрискол, назначенный им на должность суперинтенданта полиции, тоже останется.

— Сколько у суперинтенданта уйдет времени, чтобы найти причину для твоего увольнения? — как бы между прочим поинтересовался Гоулди. — А может, хуже того, он отправит тебя регулировать уличное движение на всю оставшуюся жизнь? Если дело будет проиграно, это отразится на твоем будущем, приятель.

— Я рискну, — нахмурился я.

— Ага, а вот я рисковать не буду. — Кейт пихнула меня в бок. — Это касается не только тебя, напарник. Моя карьера тоже может вылететь в трубу. У меня что, нет права голоса?

Я вздохнул:

— Кэти…

— О-о, теперь я уже «Кэти».

Она показала пальцами знак кавычек.

Я посмотрел на Гоулди:

— Когда вы все придумали? Я имею в виду вашу дурацкую историю…

— Ты имеешь в виду дурацкую историю, которая спасет карьеру не одного, а целых двоих полицейских — лучших полицейских из всех, кого я знаю? — спросил он. — Ту нелепейшую историю, которая поможет отправить плохих людей туда, где они и должны находиться? Именно эту дурацкую историю?

Я тяжело вздохнул. Сердце Гоулди всегда находилось в правильном месте. Ради меня он бросился бы останавливать приближающийся поезд. С его точки зрения, невинная выдумка была всего лишь маленьким отклонением от правды, безвредной уловкой с целью не допустить судебной ошибки и, что более важно, защитить меня. Он всегда меня оберегал.

— Кейт, — попросил Гоулди, — дай нам поговорить с глазу на глаз буквально минуту, хорошо?

Это показалось ей неплохой идеей. Она схватила свою сумочку и с раздраженным видом вышла в коридор, даже не взглянув на меня.

Гоулди слегка поднял руку:

— Ты сейчас подержи свое хлебало закрытым и послушай меня хотя бы раз. Мне это не нравится не меньше, чем тебе. Идея — не моя. Все придумала Кейт. Она — человек решительный. Я не смог бы ее остановить, даже если бы захотел. Я молил Бога, чтобы твои показания оказались убедительными и больше ничего не потребовалось. Однако ситуация повернулась по-другому. И нам выбирать не приходится.

Я сердито покачал головой."

"— Это даст нам справедливый результат, — продолжал он. — Справедливый с точки зрения правосудия. Ты, как полицейский, хорошо выполнил свою работу. Все предположения, которые у тебя возникли, оказались правильными.