"Зарубежная фантастика 2024-3". Цикл Люди льда". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Ответ один: избавиться от ребенка.

Но не дрогнет ли рука? Не потеряет ли он ее любовь?

Тенгель был глубоко озабочен. Он не знал, где теперь живет Элдрид. Адрес она свой оставила, да что толку, где ее искать? Где-то далеко, в Трёнделаге. Да и потом, разве они могли поехать к Элдрид и поставить под угрозу будущее ее семьи?

Голова раскалывалась. Он поудобнее уложил Силье на пальто и удрученно прислонился к стволу березы.

Пока они дошли до обжитых мест, прошло еще две ночи и один день. Беглецы так устали, что не могли стоять. Даже лошадь еле держалась.

Они тихо плелись по опушке леса, недалеко от хутора Бенедикта. На дорогу выйти не осмеливались, предпочитая держаться под сенью леса. Нога Тенгеля начала гноиться, лошадь хромала на три ноги, а дети ныли, что устали, голодны и больше не могут идти.

Вдруг Силье воскликнула:

— Смотрите! Там, у реки! Ведь это работник Бенедикта. Видите, вон он. Ловит рыбу.

Так оно и было. Все поспешили туда.

Старик был взволнован до глубины души. Удивился, как быстро выросли дети, поздравил с младшенькой и немного расстроился, что Суль его не узнала. Хотя что удивляться — в последний раз они виделись, когда Суль было только два годика.

— Как дела на хуторе? — наперебой спрашивали Тенгель и Силье.

— Плохо. Очень плохо, — работник сразу посерьезнел.

— Все умерли? — взволновалась Силье.

— Нет. Все живы. Но я больше там не работаю. Я ушел вскоре после вашего отъезда. Сил не было больше терпеть каргу Абелоне. Нашел работу на другом хуторе. Я слышал, что теперь в доме Бенедикта трудно удержать челядь.

— Вот, теперь я вспомнила! — рассмеялась вдруг Суль. — Ты ведь щекотал меня!

Старик просветлел в улыбке:

— Ага, наконец-то, озорница ты моя! Вот подожди, сейчас я тебя…

Суль подпрыгнула, защебетала и бросилась наутек, — совсем как в былые дни.

— Так Абелона все еще там? — прервал их Тенгель.

Работник прекратил игру:

— Да. И ее гнусные дети тоже. А Грету с Марией выгнали. Теперь они бродят как нищенки по деревне и по соседним хуторам. Им тяжко приходится.

— Боже, какой ужас! — заплакала Силье. — Такие хорошие, добрые женщины. Это просто невозможно. А господин Бенедикт?

— Ах, добрый господин в тюрьме…

— Это случилось совсем недавно. Ему не слишком легко жилось под командованием Абелоны. Но он держался. — Работник склонился к ним и прошептал: — Ищите утешения. Крепитесь! На повстанцев донесли…

— Это Хемминг, — сквозь зубы процедил Тенгель.

— Я теперь знаю, кто же на самом деле является злым духом Людей Льда, — тихо сказала Силье.

— А когда кнехты пришли на хутор и стали расспрашивать о Бенедикте, Абелона очернила его, как могла. Хотела расправиться с ним раз и навсегда, ведь он был для нее вечной обузой. А сейчас господин Бенедикт в Тронхейме… В тюрьме… Все это очень печально.