Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Просто не сумеем.

– Ничего, никто не обидится. – Темное лицо кузнеца просияло чем-то вроде улыбки. – Мы странники, которые понимают, что чрезмерность может стать проблемой, но важнее – подарок, а не то, что одаренный с ним сделает. А еще мы – практичные люди. Вещи, которые вы не возьмете, попадут в общую казну. Вам и вправду ничего не нужно?

– Несколько моих людей заинтересовались вашими ножами. – Кеннет указал на рукоять кавайо, выступающую из-за спины сына Анд’эверса. – Наверняка они обрадуются настоящему оружию, а не этим игрушкам в золоченых ножнах.

– Я скажу об этом. Когда вы намереваетесь выдвигаться?

– После полудня. Как только приготовим всех в дорогу.

Прошла минута, прежде чем Фургонщик понял:

– Они должны быть похоронены в горах?

– Конечно. Худо чувствовали бы себя в таком плоском месте. – Кеннет махнул рукою на восток. – И глазу не за что зацепиться.

Они улыбнулись с пониманием. Наконец Анд’эверс выразительно взглянул на стоящего шагах в десяти Крысу.

– Утверждает, что зовется Семнер-лоа-Вайес. Говорит, что он – чародей на службе Крыс. Пришел к нам около часа назад и сразу потребовал контакта с вами. Я приказал ему ждать.

– Почему?

– Он выскочил из портала точно над одним из ручьев и искупался: чары, которые охраняют лагерь, так вот действуют. И ему еще повезло, что не выбросило его над пропастью и что он не свернул себе шею. Я должен был удостовериться, что он говорит правду. Да и вы казались занятыми.

– Понимаю. Я с ним поговорю.

Анд’эверс кивнул и вместе с сыном двинулся в сторону рампы, наверху которой показались первые колесницы. Едва кузнец отошел на несколько шагов, Крыса добрался до Кеннета и застучал зубами:

– Пр-р-р-роклятущий сын горной ослицы и пар-р-р-ршивого козла. Сказал, что если я обращусь к в-в-в-вам, прежде чем он з-з-з-закончит говорить, то, согласно какому-то там варварскому обычаю, он положит м-м-меня на землю и п-п-проедет по моей голове гр-р-р-руженым фургоном.

Офицер смерил его взглядом: мокрая одежда, светлые волосы облепили голову, синие губы, лязг зубов. В эту пору года вода в горных ручьях исключительно холодна.

– Лейтенант Кеннет-лив-Даравит. – У него не было охоты слушать жалобы шпиона. – У тебя для нас приказы?

Посланник скривился, вытер мокрым рукавом мокрый лоб, затрясся, а Кеннет почувствовал, как его покидает злость. Этот молодой Крыса выглядел ровно на свой возраст, и в общем-то не его вина была в том, что он – Крыса. Если чародей сделался гонцом внутренней разведки, это значит всего лишь, что его аспект был слаб для другого. Порой судьба бывает зла, если речь идет о подборе талантов.

– Точно. С-с-сейчас-с…

– Верно. Сейчас. Андан! Подбрось дров в тот костер. И дай какое-нибудь одеяло. А ты – со мной.