Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Анд’эверс уверяет меня, что никто не нападал на фургоны ни на одной точке по пути, а значит, убийцы не решились на такое…

Версен-хон-Лавонс кашлянул, сплюнул в сторону и брякнул на тетиве лука.

– Здесь порядком людей, господин лейтенант, могло их пропасть десятки, а в хаосе путешествия они бы и не сообразили.

– Нет, – покачал головою Фенло Нур. – Даже когда мы сидели на конюшне, то сплетни доходили. Последний месяц людей убивали так, чтобы их нашли – и ощутили страх. Простых исчезновений было немного. Ударь кто-то по ним, – он указал на работающих на отроге Фургонщиков, – захотели бы, чтобы они об этом узнали. Оставили бы тела.

– Это правда, Фенло. Наверняка бы оставили. Может, все дело в количестве и силе: верданно – истинная армия, а их колдуны – настороже, фургоны охраняет и магия. А может, убийцы утратили интерес или планируют что-то еще? Всегда, когда в окрестностях Белендена утихала какая-то банда, мы ждали серьезных проблем. Когда притихало несколько банд, мы ждали проблем гигантских.

Все кивнули.

– Черный тоже не принадлежит к людям, которые позволяют безнаказанно бить себя по лицу. Скорее всего, он сам что-то готовит. В любом случае для нас самое важное, что мы идем по враждебной территории. Будем разбивать лагерь и стеречь их, как под Кехлореном, – никакой расслабленности. Пока не доберемся до замка, следует смотреть в четыре глаза.

Взглянул каждому в лицо, но даже Велергорф казался смертельно серьезным. Тот безымянный солдат, чье тело они нашли, запал каждому в память.

– И последнее. – Кеннет почесал подбородок и улыбнулся без капли радости. – Это я разговаривал с Черным, это я получил карты и приказы. Никто из вас. Помните, что всю дорогу вы были лишь десятниками, выполняющими приказ командира. И на этом вам следует настаивать, если кто-то станет вас расспрашивать.

Андан выплюнул изжеванный стебелек:

– Они этого не сделают!"

"– Конечно нет. Но, если понадобится, империя пожертвует одним лейтенантом, только бы избежать войны. Впрочем, я не думаю, чтобы все было настолько плохо, но порой человек сует голову в жернова, а мельница мелет мелко. Случается.

* * *Верданно строили рампу до сумерек, однако ночью, безлунной и мрачной, сделали перерыв. Кеннету не пришлось спрашивать – зачем: разводить костры и даже использовать факелы, чтобы освещать себе место работы, было все равно, что прокричать о своем присутствии всем подряд миль на тридцать вокруг. На темной стене Олекад полоса света выглядела бы как освещенная солнцем щель в стене. Никто не знал, безлюдна ли нынче возвышенность, а потому верданно приходилось маскироваться: рампа отвесно обрывалась на высоте нескольких десятков футов, что не являлось препятствием для людей, но было непроходимым барьером для лошадей.