Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Фургонщик потерял несколько секунд, таращась в глубь долины, а Кеннет уже мчался вдоль колонны вместе с остальными солдатами:

– Быстрее! Быстрее! В сторону! Съезжайте в сторону!

Те, кто успеет схорониться за хребтом грани, получат хоть какой-то шанс. Лейтенант покосился налево: стена ветра была уже в середине долины, оставалось не больше сорока – пятидесяти ударов сердца, прежде чем она доберется до них.

На другом конце грани, при выходе из ущелья, задудели рога, фургоны начали останавливаться, отступать в спасительное горло, те, что находились чуть дальше, сворачивали в сторону и съезжали с прооренного шляха, несколько опасно накренились, два перевернулись, разбиваясь, возницы их в последний момент соскочили с козел и были уже подле лошадей, резали ножами упряжь, чтобы освободить животных и отправить их в безопасное место."

"Но середина грани – та узкая седловина с отвесным съездом – не имела ни шанса. Насыпанная там рампа была слишком высока, чтобы съехать, слишком узка, чтобы вернуться, и ни один конь не сумеет идти задом наперед, запряженный в фургон. Один из возниц, ведший группу, что как раз миновала понижение, запаниковал, вместо того чтобы заблокировать тормоз, выскочить и обрезать постромки, попытался пойти быстрее. Махнул вожжами, крикнул, кони склонили головы и дернули, как их учили. На пару ударов сердца животинки стояли так, сбившись в кучу, и под кожей их вырисовывалась каждая мышца – и внезапно что-то глухо треснуло, звук пробился даже сквозь нарастающий рык ветра: запряжка отделилась от фургона.

Мгновение, один короткий миг груженный ящиками фургон стоял на месте, а после покатился назад. Ударил в лошадей запряжки за ним, визг раненых животных разодрал воздух, теперь уже два фургона – вместе с бьющимися и старающимися спастись конями – скатывались вдоль грани. Ударили в третий, спутались с ним, ускорились снова – и внезапно все превратилось в огромное, шумное и ржущее существо, скатывающееся вдоль грани и пожирающее новые жертвы. Самым странным было то, что несколько мгновений, прежде чем все фургоны скатились к порогу седловины, клубок этот с какой-то странной, демонической уверенностью держался дороги. А когда наконец оказался внизу – добрая дюжина фургонов, превратившихся в кучу битых досок, осей, колес и окровавленных тел, – пришло Дыхание Богини.

Вихрь копил силы всю дорогу через долину, а когда добрался до грани, наверняка летел в два, а то и в три раза быстрее бегущего коня и нес с собой все, что сумел прихватить по пути: камни, щебень, траву, вырванные из земли кусты. На глазах Кеннета одного из Фургонщиков ударило в голову обломком размером с небольшое яблоко: он закатил глаза и съехал с козел.