Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Разве дважды в год молодежь все еще не пускает по воде лодочки из коры, что должны донести их просьбы до моря? Разве девушки на выданье не сплетают венки, которые поверяют реке, чтобы в плеске услыхать имя своего будущего мужа? И в первый день лета разве женщины не приносят сюда детей, рожденных в последний год, чтобы тех обходили несчастья? А в первый день жатвы – хороший хозяин разве не бросает в реку горсть зерна, чтобы поблагодарить за урожай? – Ясновидец улыбнулся. – Я все это получаю, Альтсин. Все. Просьбы о счастье, молитвы за новорожденных, благодарения за выросшие на полях злаки. Обычаи, истоков которых никто уже не помнит. Именно потому этот город и эта река – мои. Выросли они из смешения крови, языков, традиций. Пришельцев, друзей, мигрантов и грабителей. Но традиции остаются: обогащенные, модифицированные, но стержень их – неизменен. Те, кто связал свою судьбу с рекою, чувствуют к ней почтение и одаряют ее верой. Всегда и всюду.

Он налил. Они выпили. Альтсин подождал, пока минует ощущение, что его напоили дегтем для смоления кораблей. И надеялся лишь, что в следующий раз вкус будет лучше. Что ж, говорят, человек учится всю жизнь.

– Но я, – кашлянул он, возвращая себе голос, – я ведь тебя победил.

– Да-а. Я все еще не могу перестать удивляться. Хотя от Владыки Битв непросто было бы ожидать чего-то другого.

– Владыка Битв? Реагвир? А что он-то здесь делает?

– Кроме того, что ступает нынче по земле в теле смертного? Ничего. Знаешь, как Реагвир сходил меж людей?

– Как?

– Меч – это ключ. Тот, в подземельях храма. Он – истинный Меч Бога. Часть его самого. Врата его души. Он появился еще до того, как Реагвир впервые лично сошел в мир. Его авендери соединялись с Владыкой Битв именно через него. Через то, что ранили себе руку и втирали кровь в рукоять. Ты не рассказал мне, что случилось несколько лет назад в подземельях храма. – Явиндер глядел на него, прищурившись. – Может, оно и к лучшему, потому что тогда… я бы наверняка попытался тебя убить.

Вор глянул на руку. Шрам выглядел словно риска красным мелом по коже.

– Откуда ты знаешь, что там случилось?

– Река… вымыла из тебя воспоминания не только тысячелетней давности. А я их получил. Так действует моя Сила. Всякий, кто погружается в Эльхаран, проплывет им, напьется воды… В городе все колодцы, фонтаны и акведуки соединены с рекою. Соединены со мной.

– Значит, ты знал, что они делают с Мечом? Что там умирают люди…

– Давай без этого благородного гнева, парень. – Голос Явиндера отвердел. – Последние десять лет Цетрон послал на дно примерно столько же человек, сколько убили жрецы. Его я тоже должен оценить? Ведь делал он это ради денег и власти. Река – не судья, она дорога, которая несет к цели.