Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Указывает цель и концентрирует Волю, а его отряды отправляются туда, куда он желает, и убивают. Штурмуют города, не желающие ему поклониться, уничтожают селения чужаков, даже тех, кто никогда против него не сражался. Ровняют с землей села, отдельные хаты и землянки.

Все.

Его гнев и боль – словно тлеющий под слоем пепла жар. Этот жар уже передался Копью Гнева и Поцелую Покоя, которые поддерживают его в священном походе. В мире не должно остаться ничего, кроме пепелищ.

А казалось, что их уже ничто не соединит…

Лааль, Галлег, Кан’на и несколько прочих непрерывно шлют к нему гонцов. Он убивает тех без мига раздумий. Видел уже достаточно на том проклятом поле битвы… А потому проследит теперь, чтобы весь мир превратился в такое же место.

Пусть наполнят его кровь и пирующие на трупах вороны.

Ему все время приходится навязывать своим людям Волю.

Иначе ни один приказ не был бы исполнен как следует…

* * *Что-то ухватило его за волосы, дернуло вверх, вытягивая на поверхность. Прежде чем он сумел заорать, сила та втащила его в лодку, потом он получил мощный удар в солнечное сплетение, захлебнулся воздухом, захрипел и сблевал на доски.

– Если хочешь помереть, парень, – донеслось до него за много миль, – то сделай мне приятное и не порти реку. Кроме того, ты ненароком мог бы разрушить город, а я его, как бы оно ни было, все же люблю. Он почти настолько же интересен, как и предыдущий.

Вор узнал голос, хотя вспомнить имя потребовало усилия. Явиндер. Нынче он с ним сражался. Нынче или сто лет тому назад. Какая разница? Кажется, ему не повезло, и умирать еще не время.

– Смерть. Интересное дело. Знай ты, что она такое на самом деле, ты бы к ней не поспешал. Дыши. Медленней, а то снова облюешь мне лодку. И не рассчитывай на милосердие. После ее вычистишь. Тщательно.

Плеснули весла, они поплыли. В сторону мола. Альтсин лежал на заблеванных досках и не шевелился. В этот миг ему было все равно.

Девушка отозвалась первой:

– Кто ты? Так легко меня оттолкнул… Ах, это ты… Мы уже как-то встречались, помнишь?

Говорила она спокойно, с таящейся в голосе улыбкой. Был у нее акцент горожанки, жительницы прибрежных кварталов, дочки капитана корабля или купца средней руки. Заговори она с ним на улице, он пробормотал бы что-то в ответ и пошел бы дальше – настолько привычным был этот акцент. Городской.

– Я никогда тебя не встречал. – Явиндер остановил лодку в нескольких ярдах от мола.

– Правда?

– Да. Но уже знаю, что не хочу видеть тебя в моем городе. Уезжай. С рассветом.

– Почему? – В вопросе таился кокетливый трепет ресниц. – Я ведь помогла тебе прибраться. Знаешь, что может случиться? Через несколько лет он может украсть у тебя и город, и людей. Отдай его мне. И мы закончим все уже сегодня.

– Нет.

– А может, я должна взять его себе сама?..