Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Убийца не отводил взгляда от вора.

– Если бы ты не проявился нынче, завтра мы бы покинули город.

Вор кисло ухмыльнулся.

– Выглядит так, что мое купание в реке привлекло к себе всю пену из окрестностей. Будь я грудастой шестнадцатилетней жрицей Владычицы – еще мог бы понять. Но так?

Во взгляде чужака появился холод. И внезапно пришлец кинулся вперед, а мечи его превратились в размытые полосы. Альтсин принял оба удара, справа и слева, так быстро, что клинок его выглядел словно полупрозрачный щит, и контратаковал сверху, с нерушимой уверенностью зная, что убийца парирует удар левой, а правой попытается выпустить ему кишки в глубоком выпаде. Как будто тело противника наперед говорило ему, каким будет его следующее движение.

Вор вышел противу этого удара, сокращая дистанцию и развернувшись боком, а черное острие на ноготь разминулось с его животом. Теперь…

Ударит сильно, сверху – не клинком, но рукоятью, – и весящий более трех фунтов меч расколет череп мужчины. Потом он легонько оттолкнет его, спокойно разрубит ему грудь и…

Пойдет в город…

Станет убивать людей графа…

А потом найдет самого аристократа и выпустит тому кишки…

А потом отправится в Храм Меча и…

Нет.

Он ударил сбоку, сдержав руку в последний миг, хотя все равно заставил противника пошатнуться. Упер свободную руку тому в грудь и толкнул в сторону берега, отбрасывая убийцу на добрых десять футов. Мужчина приземлился на запятнанных кровью досках, пошатнулся, но не упал, моментально вернул себе равновесие и пригнулся, словно перед атакой.

Альтсин оторвал от него взгляд. Разжал пальцы, медленно, с немалым трудом, как ему показалось, будто одной силой воли пытаясь отделить от тела собственную руку. Наконец, через миг, растянувшийся в вечность, меч зазвенел о мол. Вор сделал шаг назад, потом еще один, что-то потекло у него по лицу, железистый привкус наполнил рот, и внезапно доски закончились, а он полетел вниз.

Вода была холодна, куда холоднее, чем ранее.

Он нырнул вслепую, в полную темноту, направляемый инстинктом, лишь бы только поближе ко дну, лишь бы подальше от окровавленного мола. Десять, двадцать, тридцать ярдов.

Он вынырнул, хватанул воздуха и завертел головой в поисках противника. Полагал, что тот прыгнет тоже, что теперь плывет следом, желая завершить схватку, кривые мечи против голых рук. Даже в воде это был бы короткий бой.

Убийца стоял на конце мола, свободно опустив оружие и всматриваясь в поверхность реки с непонятным выражением на лице. Он казался… совершенно равнодушным. Ни удивленным, ни разочарованным, ни злым. Как будто в миг, когда Альтсин оказался в воде, все дело перестало его интересовать.

Наконец их взгляды встретились. Мужчина кивнул и поднял мечи в салюте.