Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Нормальный рабочий день простого купца, рассылающего приказания о купле-продаже, получающего заказанный товар и занятого умножением достатка.

Только вот Цетрон купцом не был, а Альтсин сомневался, чтобы тот так сильно врос в свою роль. Но не походило это и на привычную активность, разве что Толстяк забросил гильдию и занялся так называемой добропорядочной жизнью, подбив на это еще и своих людей. Мысль была интересной и совершенно недостойной того, чтобы ее запомнить.

Вор почувствовал первый укол беспокойства в тот миг, когда перед складом остановились несколько рыбаков. Ничего необычного для порта, пусть в эту пору дня бо?льшая часть лодок и прочесывала сетями море, и Альтсин не обратил бы на них внимания, когда б не узнал двоих. Это были люди Рвисса, главаря одной из трех сильнейших групп контрабандистов Понкее-Лаа. Их обиталище располагалось в районе Цетрона, а потому порой доходило до конфликтов, а раз-другой при помощи стилетов, ножей, палок и арбалетов доводилось решать, кто, собственно, правит в этой части порта. Альтсин сам некогда принимал участие в таких ночных переговорах, на которых горели лодки контрабандистов, а волны слизывали с пляжа кровь.

Присутствие их под домом не обещало ничего хорошего. Но, как он уверился через миг, их было всего пятеро, а потому – возможно, это обычные дела? Вор наполнил кубок до краев. Не впервые…

Бегут! Разбегаются! Наконец-то!

Его кавалерия бросается в последний натиск, пехота ломает строй и бежит за противником. Он сдерживает их приказом, врагу и так некуда отступать, единственная дорога ведет на мыс, на его кончик, поросший мертвыми и высохшими деревьями. Там они поставили последнюю линию обороны, деревья могут уберечь их от всадников, а битва в лесу – это всегда больше драка, чем сраженье, а потому численное превосходство противника там менее значимо."

"Он останавливает погоню в паре сотен шагов перед стеной деревьев. Сухая трава трещит под копытами коней, некогда здесь было мокро, но теперь – почти пустыня.

Он выравнивает строй, чувствует на себе взгляды ближайших воинов. Их нетерпение. Ударим. Ударим сейчас!

Он щелкает пальцами – и на землю слетает искра. Медленно опускается на сухую траву – и в небо тотчас выстреливает лента дыма. Потом пыхает огонь, а легкий ветерок гонит его в сторону леса. Пламя растет, обретает силу, с каждой пожранной травинкой раскидывается все дальше, и через миг между деревьями вырастает стена огня. Он удерживает пламя на месте достаточно долго, чтобы никто не сомневался, кого оно слушается, а потом высвобождает больше ветра.

Крики в лесу слышны дольше, чем он надеялся.

А когда он поворачивается к своим людям – видит их удивление.

И страх. Страх перед ним.

Хорошо. Очень хорошо.