Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

 – Там – трое высших жрецов. Они на территории храма и обладают Силой в аспекте собственного бога. Погасят тебя, словно свечку.

Очередной сдавленный стон наполнил подвалы. Девушка перестала дергаться и сделалась недвижима. Он воспользовался моментом, чтобы поправить плащ.

Трудно было понять, сколько пришлось ждать: спроси его кто, ответил бы, что четверть часа, не больше. Троица жрецов появилась в помещении так тихо, что это могло показаться магией.

– Она крепкая, – проворчал тот, что с хриплым голосом."

"– Верно. – Седобородый выглядел разочарованным. – Я был уверен, что на этот раз она сломается. Хочу, чтобы во время следующей процессии вы утроили стражу. К Мечу никто не имеет права приближаться. У меня есть идея, как отвести внимание от кражи.

Идущий впереди жрец остановился и повернул голову.

– И как же? – пискнул он.

– Распущу слух, что до храма дошла информация, что меекханские шпионы попытаются обесчестить реликвию. Потому мы устраиваем на них охоту по всему городу, а Меч охраняем как никогда тщательно. И пусть к тем, кто знает, что он украден, дойдет весть, что это была лишь уловка, дабы обмануть святотатцев.

– Хорошие идеи приходят тебе в голову в подземельях, – захохотал тот, кого называли Хегром. – Тебе бы почаще здесь бывать. А что с гильдией воров? Они ведь, несмотря ни на что, могут отыскать сосуд.

– Если мы не можем его найти – то они тоже не справятся, хм… Но ты обратил внимание на важную деталь. Надо будет заняться этой гильдией. Лига не должна возражать.

Жрецы двинулись к выходу. Последний, тот, что с писклявым голосом, задержался в дверях и обвел комнату взглядом. Альтсину показалось, что в их сторону он смотрел чуть дольше. Худое лицо жреца было ему известно слишком хорошо. Вор задержал дыхание.

После длившегося целую вечность мига монах все же отвернулся и вышел, двери затворились за ним, звук раскатился по комнате металлическим щелчком. Скрежетнули засовы, вор и сеекхийка же оказались в ловушке.

Едва стихли шаги, девушка выскочила из-под пелерины, словно выстреленная из катапульты. На стене, которая до сего момента не выделялась ничем особенным, виднелся теперь абрис небольших дверей. Это через них жрецы должны были попадать в остальную часть подземелий. Альтсин услышал, как сеехийка возится перед ними, что-то бормоча себе под нос. У него же были другие проблемы.

Клессен. Тот худой жрец с писклявым голоском – Клессен-лот-Треван, Великий Инквизитор княжества. Альтсин видел его раз-другой во время процессии, меж наивысшими чинами культа, но только сейчас он понял, почему называют его Молчальником. Хоть тем, кого он допрашивал, наверняка было не до смеху, даже если он и задавал вопросы этим своим писклявым дискантом.