Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Чувствую, как оно растет, набухает, как гноящаяся язва. Все говорящие камни пусты, а если у какого-то из источников они и находят знаки, то оказывается, что тем – десятки лет. Наконец-то вам, потомкам предателей, удалось завершить длиннейшую войну в истории мира. Два с половиной тысячелетия вы режете друг друга – и вот их осталось лишь пятеро, четверо этих и еще Слушающий Песок, благодаря дарам которого они до сих пор избегали смерти. Но он уже стар – и умирает. Когда уйдет – они тоже погибнут, поскольку лишь его умение формировать Силу стоит между ними и пустыней.

Она склонилась низко, почти прикасаясь к его лицу:

– Зачем ты пил его воду? Я наблюдала за тобой, искала к тебе ключик, но мне нужно быть уверенной. Разве не пришел ты сюда за смертью? Зачем продлеваешь агонию? Почему держишься за жизнь? Покажи мне…

…Исанель. Лежит на постели и спит. Спокойное дыхание заставляет ее грудь слегка подниматься. Давно миновала полночь. Еще три-четыре часа – и рассвет позолотит горизонт."

"Он не мог заснуть, стоял у окна, глядя на спящую девушку, и, сжимая в руках мечи, беззвучно молился. Законы ясны. Нет в них никакой двусмысленности, никаких способов обойти их, он должен был забрать ее в горы, в семью. Если их свадьба состоится, им нужно теперь, в нынешнюю уже ночь, прежде чем взойдет солнце, принести друг другу клятву, смешать кровь так, чтобы падающие капли соединились на острие его меча. Потом она должна ехать с глазами, закрытыми повязкой, чтобы лишь в афраагре, если старшие выразят согласие, еще раз увидеть его лицо. В последний раз. Было бы у нее три дня, целых три дня, чтобы насытиться светом. А потом?

Горизонт на востоке явственно просветлел, зарозовел, осталось немного времени. Исанель…

Нет! Он дернулся, выгнулся, аж затрещали воткнутые в песок колья. Нет! Прочь из моей головы!

– Нет, – проговорила она спокойно и тихо. – Я должна знать. Ты ведь даже не подумал тогда, чтобы дать убить себя ее отцу, брату, кому бы то ни было. Даже не мелькнуло такое в твоей голове. Раздумывал только над двумя вариантами: взять ее с собой или убить. Или так тебе было удобней?

Внезапно она засмеялась.

– Сладкое безумие, малое безумие, мое безумие, – пропела она. – Битва и ночь, взрыв, который разорвал гуон-ве в клочья, они говорили, что никогда такого не случится, говорили, что от нас не сбежишь, говорили, что будешь наша навсегда. Но нет, Маленькая Кана сбежала, Маленькая Кана умна, Маленькая Кана терпелива. Она не может уже ходить с людьми песка, они не удержат хел’заав, когда тот придет за Маленькой Каной. Маленькой Кане нужен собственный охранник. Маленький скорпион, который ужалит, когда придет нужда. Но она должна знать, что ты и вправду скорпион. Настоящий маленький скорпион.