Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Я думал, что продам стадо и вернусь домой, прежде чем солнце выпарит оставшуюся воду в степях. Если не можешь купить скот, тогда я отправлюсь к Гарарету или к гильдии Бестеф…

Аэрин не купился: следовало продолжать представление.

– Нет, Харриб, это невозможно, – оборвал он кочевника на полуслове. – Твой отец торговал с моим отцом, а потом со мною. Знаю, что ты честен и благороден – нет, не прерывай, я верю в твою честность и потому дам тебе девять с половиной оргов за три штуки, если отгоните скот еще на двадцать миль к западу, к Хоресту.

Кочевники неуверенно переглянулись. Достаточно было их чуть подтолкнуть.

– В Хоресте у меня есть склады и оружейные мастерские. Там достаточно оружия для покупки за хорошую цену…

Он сделал паузу – и уже знал, что попал в десятку.

Харриб медленно кивнул:

– Это подходящая цена, Ариноэль. Завтра мы перегоним скот в Хорест.

Он отцепил от пояса малую баклагу, вылил в руку чуток молочного напитка и плеснул им перед собой.

– Девять с половиной за три.

С этого момента торги закончились. Атмосфера разрядилась.

– Я дам вам письма и пошлю нескольких людей. На месте устроите все с моим управляющим.

Харриб кисло усмехнулся.

– Старый Галаф, э? Пустынный лис. Сдерет с нас шкуру, когда станем покупать оружие.

– Степные волки наверняка справятся, сын Арана. А Галаф не настолько уж и страшен, как о нем рассказывают…

Кочевник захохотал.

– А как ты думаешь, отчего я предпочел договариваться насчет цены с тобой, а не с ним, Ариноэль? А? Мой отец говорил, что скорее выжмешь воду из камня, чем ломаный медяк из этого старого гартафанра.

Купец усмехнулся.

– Именно поэтому я вас к нему и посылаю, Харриб. Именно поэтому.

Минуту они мерились взглядами, потом уважительно улыбнулись друг другу.

– Пусть шаги твои всегда ведут к источнику, Ариноэль.

– Пусть скот твой растет, как молодая трава, сын Арана.

Кочевники слегка поклонились, купец ответил довольно доброжелательным кивком."

"– Еще одно, Харриб, – задержал он их в дверях. – Что такое это гартан… гафан… как оно там?

Вся тройка радостно ощерилась.

– Пусть это будет нашей тайной, Ариноэль. Старый Галаф и так уже достаточно злобен.

Они пошли за слугой, посмеиваясь. Некоторое время Аэрин сидел неподвижно, потом повернулся к заслоняющему половину стены гобелену:

– Можете уже выйти.

Гобелен, на котором изображено было стадо диких лошадей, мчащихся на фоне заходящего солнца, легонько шевельнулся и пошел волнами. Один край отодвинули от стены, и в комнату шагнули две худенькие фигуры.

– Не толкайся!

– Сам ты толкаешься!

– Неправда!

– Правда!

– Отец!

Оба крикнули это одновременно. Купец взглянул на детей с притворным страданием.

– Я позволил вам слушать переговоры, но вижу, что вам это неинтересно.