Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

— Да все это восстание именно таково. Вы должны были отправиться с нами на запад. Мы бы приняли вас как братьев.

— Это слишком долгий путь домой, дружище.

— Ты уже это говорил, Кахелле. Ты же знаешь, откуда взялись те пять сотен, которые пошли с вами? Это те, кто потерял тут самое ценное: жен, детей, друзей. У них не осталось ничего, кроме мести. Не удалось с Помве, так хотя бы здесь отплатим им за все.

— А ты?

Лицо вождя Уавари Нахс окаменело.

— А ты никогда не спрашивал? У меня были жена и сын — но теперь их нет. Вот и все. А я пришел сюда, потому что моим людям нужен вождь. Вот я и буду их вождем.

— Прости.

— Ничего страшного. Когда вы начнете?

— Хочу сперва сдвинуть с места их кавалерию. Пусть подготовят почву.

— А потом начинаем.

— Потом начинаем.

* * *— Госпожа. Доклад с поля битвы.

Деана глянула на посланника: мальчишку лет четырнадцати, который в ахире Буйволов был одним из Телят. Стоял перед ней возбужденный, разрумянившийся, едва сдерживающий радость. Собственно, мог ничего не говорить.

— Слушаю.

— В центре мы отбили все атаки. Лагерь тоже сумел защититься. Бунтовщики оставили на поле тысячи трупов.

Тысячи трупов. Она прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Это была уже третья атака с утра. И ее Буйволы отразили все, не давая выманить себя с позиции. Согласно приказу. Однако она не чувствовала ничего, кроме печали, режущей ее душу.

Пусть бы уже этот день завершился. Пусть бы прилетели птицы.

— Хорошо. Вести от Соловьев?

Радость сошла с лица парнишки. Похоже, он не ожидал такой прохладной реакции.

— Вуар Сампоре еще не прислал гонца, госпожа, однако аф’гемид Олювер передал, что конница уже столкнулась с несколькими сотнями конных бунтовщиков и отогнала их с поля. Ничего больше."

"Да. Командир Соловьев должен сердиться, что она не согласилась поменять расстановку сил после того, как утром они выяснили, что напротив их левого фланга Кахель-сав-Кирху поставил свой собственный лагерь. Правда, не слишком широкий, всего на сто пятьдесят ярдов — зато окопанный и окруженный кольями, словно приготовленный к многодневной осаде. Стрелки внутри — причем в немалом количестве — контролировали большой участок поля и были хороши, особенно против конницы. Сампоре утверждал, что сможет захватить лагерь, его всадники умели сражаться в пешем строю, но потери оказались бы серьезными, да и для штурма укреплений в Белом Коноверине имелись Буйволы.

Она не согласилась передвинуть пехоту на левый фланг. Этот лагерь был настолько очевидной целью для нападения, что Кровавый Кахелле с тем же успехом мог бы послать ей пригласительное письмо.

Нет. Она не станет играть в его игру. Пусть он играет в ее, пытаясь стянуть коноверинские войска с холма.

— Благодарю.