Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Офицеры Буйволов и Соловьев слишком всерьез восприняли ее разрешение вешать недисциплинированных солдат, что вместе с утроенным жалованием и обещанием обильных добавок после выигранной битвы в несколько дней превратило эту банду во вполне нормальные отряды. К тому же армия ее, маршируя на запад, то и дело вбирала в себя пополнения. Остатки Буйволов и Соловьев, которые до сих пор не отправились в столицу, — а еще добровольческие отряды, готовые служить за щедрое вознаграждение. Один только Новый Нурот дал отряд наемников в почти триста щитоносцев, две сотни лучников и сотню всадников. И нынче Деана стояла во главе уже тридцати пяти тысяч солдат.

Да. В ее руках сила, с которой она и правда могла планировать подавление бунта.

Вот только ее сердце не слишком желало такого.

Она вздохнула, притянув к себе быстрые взгляды Соловьев, несших стражу при ее шатре. Взглянула на ближайшего.

— Если думаешь, что я вздыхаю из-за тоски по князю или других бабских глупостей, то выбей это себе из головы, Нивель. — Она уже узнавала их в лицо, помнила имена большинства из пятидесяти своих личных охранников. — Мне войну нужно выиграть.

— С помощью Агара мы их победим, госпожа."

"— Да. Знаю. Вопрос только в том, что будет, если Агар решит, что мы должны управиться сами.

— Если Владыка Огня пожелает подвергнуть нас испытанию, мы его не подведем. — Охранник вытянулся и отсалютовал копьем. — Только бы эти упитанные телята сделали все, что должно.

— Сделают, уверяю тебя. Но погоди, как ты их назвал? Упитанные телята? Нужно запомнить.

Солдат ни на миг не смутился: напротив, широко улыбнулся. Буйволы и Соловьи не слишком-то пылали взаимной любовью, но, к счастью, относились друг к другу с должным уважением. А ей приходилось следить, чтобы это равновесие между неприязнью и уважением не оказалось поколеблено. Вот и местом, где поставили ее шатер, она выбрала лагерь тяжелой пехоты. Во-первых, чтобы выказать доверие Роду Буйвола, а во-вторых, чтобы не пришлось постоянно видеть то и дело мелькающего перед ее глазами Вуара Сампора, чья нагловатая любезность становилась все более раздражающей. Но ее личную гвардию составляли Соловьи. Таким образом она не обидела ни одного из аф’гемидов, избежав впечатления, что она — пленник или заложник кого-то из них.

Кажется, она становилась все опытнее в такого рода играх. И также начинала лучше понимать ментальность, формируемую Родами Войны.

Когда маленького мальчика выкупали у хозяина и передавали в ахиры, его определяли в небольшой отряд, в котором он проводил ближайшие годы.