Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Лучше не отвечай. Люво показал мне недавно записки Норы за последние сто лет. Только в южных провинциях число одержимостей за это время увеличилось пятикратно. Пока что Нора и храмы со своими экзорцистами справляются, но это все равно значит, что в Дом Сна попадает все меньше духов. И как я и говорил, число аспектов возросло втрое, но всякий новый — слабее предыдущего. Сто лет тому назад мы могли перебирать среди чародеев с боевыми талантами, не было полка, в котором не нашлось бы трех боевых магов да десятка-полтора простых в придачу. Теперь если служит один нормальный чародей с боевым аспектом, то нам повезло. Одновременно растет сила шаманов, им проще дотягиваться до духов, легче находить охочих себе в помощь. Думаешь, отчего се-кохландийцы так нас обескровили? Сто, двести лет до этого ни один племенной шаман не мог сравняться с боевым магом Империи. Нужно было пятерых, десятерых на одного. А теперь жереберов мы считаем ровней нашим чародеям. Молчишь?

— Я этого не знала. Значит ли это, что поражения в последней войне с кочевниками — не наша вина?

— Это была ваша вина, потому что вы не предупредили нас о войне. Псарне следовало разнюхивать в поле.

Эвсевения Вамлесх по прозвищу Сука, хотя никто не решился бы назвать ее так лицом к лицу, вздохнула.

— Я тогда была лишь молодым щенком.

— Но с острыми зубами. Я хорошо помню. Люво утверждает, что меняется сама природа магии. Аспектированная ослабляется, растет в силах шаманская, запрещенная Кодексом. Утверждает, что все больше духов станет избегать Дома Сна, а потому будет расти число тех, что шляются свободно. А это значит еще большее число одержимых и растущая угроза появления очередного ана’бога. Даже наши Бессмертные побаиваются этого. Мы вернемся во времена варварства.

— Некоторые бы сказали, что мы уже живем в них.

— Не цитируй мне тут доморощенных философов. Очередной ана’бог — это реальная проблема, а осады, резня, поля битв — каждое такое место может выплюнуть из себя подобное существо, поэтому мы должны сделать все, чтобы войн избежать. А также схватить и нейтрализовать Кей’лу Калевенх. Потому что она слишком опасна. А для этого я должен найти этих проклятущих горцев с этой, мать ее, Онелией Умброй. Я читал рапорты о ее допросах… Ты наверняка тоже. И…

Он замолчал. Женщина снова вздохнула. Тяжело.

— Что, собственно, тебя грызет?

Креган-бар-Арленс молчал так долго, что графиня подумала, что он заснул.

— Бессилие. Чувство, что я не знаю, с кем борюсь. Я расставил свои пешки на доске: войска чародеев, но мы до сих пор не знаем, с кем и за что ведется игра.

Она прижалась. Сильно.

— И все же я рада, что у нас нынче — именно ты. На троне. Ты проведаешь нас в Лавенхорвене? Дети тоскуют.

— Знаешь же, что сейчас это невозможно?

— Знаю.