Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Трейвикс управляет здесь всем: от того, дает ли щербатая миска, врученная гостю, право перерезать горло любимому коню хозяина, – до поведения, способного привести к оскорблению всего племени.

Да, трейвикс – слово, которое в Камане слышали слишком часто, стоило разговору коснуться аборигенов. Набор правил и обычаев, нигде окончательно не описанных, но говорящих о том, что, где и когда может стать смертельным оскорблением для сеехийцев или сколько нужно крови, чтобы смыть позор. К счастью, островитяне использовали эти правила почти исключительно в отношении земляков, воспринимая пришельцев на остров со снисходительным высокомерием, как людей, что не ведают, что значит настоящая честь. Будь все иначе, в город не вернулся бы ни один караван.

Что не означало, что их нельзя было смертельно оскорбить. И заплатить за это обычной для этого острова монетой.

– Они сражаются друг с другом вот уже сотни лет, порой по причинам таким абсурдным, как похищение коровы во времена, когда и Империя была лишь младенцем. – Энрох, казалось, не замечал, что вор мыслями далеко. – Сто племен, тысячи кланов, сто тысяч клинков. Они так разделены, что даже не могут называть остров одним именем, принятым всеми племенами. Даже странно, что их до сих пор никто не покорил, используя взаимную нелюбовь и враждебность. Это кажется таким простым.

Да. Кости тех, кому это показалось простым, танцуют с волнами, к радости Близнецов Моря.

– Камелуури, – тихо продолжил приор. – Одно Дыхание. Это не просто местный закон – это еще и сила, из-за которой никому не удалось захватить остров. Из-за которой сотни племен, ссорящихся и жрущих друг друга без устали, безнадежно запутанных в свои дикие обычаи, мгновенно забывают об этих ссорах и, как один человек, встают к бою. Сила, которая приводит к тому, что местные не поклоняются никому из известных нам Бессмертных, а чтят лишь своего племенного божка и – ох, слово это горько в моих устах – принимают Прамать. Знаешь ли ты, что если бы жрец Близнецов или Агара-от-Огня покинул Каману, то не прошел бы и мили? Сеехийцы убили бы его и отослали безголовое тело в город. Лишь нашим братьям позволяют находиться между ними.

– Я знаю об этом. – Альтсин порой встречал в городе жрецов иных богов, а их взгляды выжигали дыры в его рясе. – Все знают.

– Ох, парень, тебе стоит научиться не прерывать стариков, которые хотят лишь продлить радость беседы. Вы, молодые, находите время для нашей компании, лишь когда чего-то хотите или когда мы вас к такому принуждаем.

Энрох вздохнул, раскашлялся и продолжил:

– Мы их не понимаем. Не понимаем того, что дает им силу, чтобы чувствовать себя едиными по отношению к остальному миру и одновременно марать ножи кровью воинов в бесконечном хороводе мести.