Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Наших конструкторов и военных уже перед самой войной в Германию возили, показывали новейшие образцы вооружения, причем не скрывая ничего. Думали – не успеют русские создать к началу войны ничего аналогичного. Создали! Однако же это многими миллионами жизней оплачено было.

Жизнь поворачивалась к Тихону своей неизведанной стороной, а сколько еще тайн хранят архивы спецслужб?

Тихон налил себе полстакана самогона, поднял его:

– Спасибо тебе, Матвей.

– За что?

– Что не сломался, остался человеком. За то, что не озлобился, врагом не стал.

– Как можно? Родина – она как мать, а на мать разве обижаются? Любят такой, какая она есть. Правители приходят и уходят, а Родина остается.

– За тебя!

Тихон выпил, закусил. Повезло ему, судьба свела с интересным человеком. Вообще, после появления в этом времени он встречал настоящих людей, патриотов. Не показных из депутатов или чиновного люда, а скромных, но совершавших настоящие подвиги.

Вот стоит перед ним в непрезентабельном виде, в поношенной морской форме, без нашивок, русский человек, а для страны он сделал много полезного. И Родина хоть бы отметила, медальку какую завалященькую дала бы – она ведь на таких держится.

Но в памяти Тихона еще заноза была – коньяк, к которому лимона для закуски не было. Не пролетарские это привычки.

– Можно еще вопрос, Матвей?

– Валяй! После того, что я тебе рассказал, «вышку» я уже по-любому заработал.

– Ты дворянин?

Спросил и сразу увидел, как в глазах этого мужественного человека появился страх.

– Об этом никто не знает, даже в НКВД. Или ты оттуда?

– Не к столу будь сказано! Помяни черта всуе, он и появится.

– Ладно, дворянин. Род мой еще с Петровских времен идет. Отец успел на последний пароход из Новороссийска, я же в Пе… Ленинграде остался. Документы удалось сменить, прижился при новой власти. Только не любит меня власть, уж не знаю за что. Встречный вопрос, на откровенность: как догадался?

– К коньяку лимона захотелось – или шоколада. Замашки голубых кровей. А не оказалось.

– Надо же! Ты очень наблюдателен, летчик! Учту! Стоп! А если ты сам пролетарий, откуда тебе это знать? Или ты из наших?

– Не сподобилась далекая родня в люди выбиться. Просто… – Тихон замялся, – в обществе приходилось вращаться, верхушек нахватался.

Матвей разлил самогон по стаканам.

– Давай за победу! Искренне хочу, чтобы Гитлеру шею свернули.

Выпили, закусили, и Матвей, пристально глядя на Тихона, спросил:

– Ты знаешь, летчик, чем отличается мудрый человек от умного?

– Вопрос философии.

– Нет! Умный найдет выход из сложной ситуации, а мудрый ее избежит.

– Забавно.

– Ты о чем?

– Никогда представить себе не мог, что увижу живого дворянина.

Больше чреватых разговоров они не заводили, как будто договорились.

Тихон решил размяться.