Марианна. Книги 1-6

Но, капитан, мой дом, моя семья, мое добро — все к вашим услугам! Вы можете расположиться у меня со всем вашим экипажем и на любое время, если пожелаете… Я буду самым счастливым человеком…

— Похоже, что у вас громадные владения, сударь, — рассмеялся Язон. — Но я не буду злоупотреблять вашим гостеприимством. Спускайтесь, сударыня, я сейчас пришлю вашу горничную, и вам доставят багаж, который вы укажете! До скорого свидания!

Короткая команда, несколько свистков — и экипаж освободил палубу, чтобы Марианна и ее эскорт смогли сойти.

Молодая женщина взяла предложенную сенатором руку и, сопровождаемая Аркадиусом и Агатой, которая радовалась возможности оказаться на твердой земле, направилась к выходу и вступила на мостки, соединявшие корабль с набережной, в то время как сенатор вел ее с гордостью короля Марка, представляющего Изель своим народам.

Марианна непринужденно спустилась к аплодировавшей толпе, покоренной ее улыбкой и красотой. Она была счастлива. Она чувствовала себя красивой, восхищающей и удивительно молодой, особенно оттого, что ей не было нужды оборачиваться, чтобы ощутить на себе взгляд, которого она недавно уже отчаялась добиться.

И это произошло, когда ее обутая в желтый шелк нога ступила на теплый камень набережной… точно так же, как однажды вечером в Тюильри, немногим больше года назад! Это было в кабинете императора, после концерта, где она дала волю своему гневу, покинув сцену на полуслове, без всяких объяснений… после ужасной сцены, которую ей устроил властелин Европы! Внезапно белый город, синее море, зеленые деревья и пестрая толпа смешались в безумном калейдоскопе. Дневной свет померк, тогда как приступ стал выворачивать ей желудок наизнанку.

Прежде чем упасть без сознания на грудь сенатору, который как раз успел раскрыть объятия, ее молнией пронзила мысль, что птица-счастье снова ускользает из ее рук, а венецианский кошмар имеет продолжение…

Белый дом сенатора Аламано, стоявший рядом с деревней Потамос и в трех четвертях лье от города, был вместительный и простой, а окружавший его сад с первого взгляда производил впечатление земного рая. Небольшой парк, в котором почти одна природа играла роль садовника. Посаженные без особого порядка лимоны, апельсины и гранаты, усыпанные одновременно и цветами и плодами, вперемешку с увитыми виноградом арками спустились к самому морю.

Аромат цветов встречался со свежим дыханием фонтана, бившего из покрытых мхом скал и давшего жизнь шаловливому ручейку, чьи прозрачные струи играли в прятки по всему саду с миртами и гигантскими смоковницами, покривившимися от старости.

Сад и дом прикорнули в небольшой долине, склоны которой серебрились сотнями оливковых деревьев.