Марианна. Книги 1-6

Сильно обеспокоенная, она пыталась представить себе, какого рода катастрофа могла так внезапно обрушиться на Зоэ Ченами, и склонялась к единственной возможности. Зоэ была очаровательна, и многие мужчины, иногда весьма соблазнительные, настойчиво ухаживали за ней. Если предположить, что один из них добился ее благосклонности и Ченами случайно узнал об этом? В таком случае Марианна не представляла себе, какую помощь она сможет оказать своей подруге, кроме, может быть, попытки успокоить оскорбленного супруга. Ченами и в самом деле высоко ценил княгиню Сант'Анна… Конечно, такое предположение не очень лестно для добродетели Зоэ, но какое другое могло оправдать такой безотлагательный призыв о помощи и такие необычные предосторожности?

В закрытой карете было жарко, как в печи, и Марианна, чувствуя недомогание, откинула вуаль и нагнулась, чтобы опустите» окно.

Но слуга удержал ее.

— Лучше не открывать, сударыня. Впрочем, мы уже приехали.

Действительно, карета свернула и направилась по кочковатой тропе между увитыми плющом руинами. В конце ее в лучах заходящего солнца медью сверкал Арно.

— Но это же не Сеттиньяно! — воскликнула Марианна. — Что это? Куда мы приехали?

Она обратила к своему спутнику взгляд, в котором гнев смешался с внезапным испугом. Но тот ровным голосом ответил:

— Туда, куда я имел приказ. Дорожная берлина ждет здесь.

Госпоже будет удобней в ней. Так надо, ибо ехать будем всю ночь.

— Берлина?.. Ехать?.. Но куда?

— В место, где госпожу княгиню ждут с нетерпением. Госпожа увидит.

Карета остановилась. Марианна невольно схватилась за дверцу, словно за якорь спасения. Теперь ее охватил ужас перед этим слишком учтивым человеком, в глазах которого она обнаружила вероломство.

— Кто ждет? И чьи приказы вы исполняете? Вы же не служите у Ченами…

— Совершенно верно? Я подчиняюсь приказам, которые получаю от моего хозяина… его светлейшего сиятельства князя Коррадо Сант'Анна!

ГЛАВА II. ПОХИТИТЕЛЬ

Марианна с криком откинулась в глубь кареты, с ужасом глядя на открывшийся за отворенной дверцей романтичный и мирный пейзаж, пышно залитый лучами заходящего солнца, превратившийся в ее глазах в прообраз тюрьмы.

Ее спутник вышел, присоединился у поднодаки к тому, кто ее опустил, и, почтительно склонившись, предложил руку.

— Если госпожа княгиня не сочтет за труд…

Загипнотизированная этими двумя в черном, которые вдруг показались ей посланцами рока, Марианна спустилась с безучастностью автомата. Она поняла, что всякая борьба бесполезна. Она оказалась одна в этом пустынном месте с тремя мужчинами, обладавшими тем более значительными правами, что они представляли неоспоримую власть: власть ее мужа, человека, который был ее господином и которого она отныне должна опасаться.