Марианна. Книги 1-6

"

"– Ожог устраняется… при необходимости – другим ожогом! Я лучше срежу кожу, – свирепо бросила Марианна, – чем сохраню хоть малейший след от вас! Убирайтесь! Чтоб ноги вашей здесь никогда больше не было! А в случае, если вы рискнете пренебречь моим запретом, Император через час узнает о том, что произошло, даже если мне придется показать ему, что вы посмели сделать.

– А мне-то что? Мой единственный хозяин – царь.

– Так же, как у меня нет другого хозяина, кроме Императора! И возможно, что ваш спасует перед гневом моего.

Чернышов явно собирался ответить, но из сада раздался нетерпеливый голос Фурнье:

– Вы спуститесь или вас надо стащить за шиворот?

– Идите, сударь, – сказала Марианна, – и запомните следующее: если вы посмеете снова переступить порог этого дома, я пристрелю вас, как собаку!

Вместо ответа Чернышов пожал плечами, затем устремился на балкон и исчез в саду. Немного позже оба мужчины появились на небольшой круглой лужайке, являющейся центром сада. Запахнув плотней капот, Марианна вышла на балкон, чтобы наблюдать за дуэлью. Сложные чувства обуревали ее. Злоба безоговорочно заставляла ее желать смерти подлому обидчику, однако признательность, которую она испытывала к генералу, оставляла надежду, что ее спасителю не придется бесповоротно погубить свою карьеру, наказав жестокость садиста.

Свет из комнаты, вновь зажженный Марианной перед выходом, падал на дуэлянтов, отражаясь от высекавших искры скрещивающихся сабель. Оба соперника были примерно одинаковой силы. Русский, более крупный, чем француз, казался мощнее, но под щуплостью южанина Фурнье скрывал грозную силу и необычайную ловкость. Он был одновременно везде, исполняя вокруг противника танец смерти, опутывая его сверкающей паутиной ударов.

Снова пробудилась мальчишеская склонность к опасным играм с оружием, и зачарованная Марианна с волнением следила за перипетиями дуэли, как вдруг над стеной, выходившей на Университетскую улицу и к которой постепенно приблизились сражающиеся, показалась голова в вызвавшей беспокойство треуголке. За ней вторая, третья…

«Жандармы! – подумала Марианна. – Только их не хватало!»

Она уже нагнулась с балкона, чтобы предупредить соперников, но опоздала. Прогремел грубый голос:

– Дуэли запрещены, господа! Вы должны это знать! Именем Императора я арестую вас.

Фурнье спокойно взял саблю под руку и подарил жандарму, перебиравшемуся через забор с видимым трудом, улыбку обезоруживающей невинности.

– Дуэль? Что это вам вздумалось, бригадир? Мы с другом просто отрабатывали некоторые приемы, ничего больше.

– В четыре часа утра? И перед дамой, которая, судя по ее виду, не находит это таким забавным? – сказал бригадир, поднимая глаза к растерявшейся Марианне.