Марианна. Книги 1-6

Я знаю с десяток мужчин, которые дадут тебе столько за одну-единственную ночь.

— Фортюнэ! — задохнувшись от негодования, крикнула Марианна.

Она инстинктивно попятилась и покраснела до корней волос. Но это возмущение не отразилось на невозмутимом спокойствии креолки. Она рассмеялась.

— Я всегда забываю, что ты считаешь себя женщиной единственной любви и упорно стараешься остаться униженно верной человеку, который сейчас изо всех сил старается сделать беременной другую. Когда же ты поймешь, юная глупышка, что тело — это только превосходный инструмент для наслаждения и оставлять его, подобно твоему, так трагически незанятым, — преступление против природы! Слушай, это как если бы тот гениальный верзила Паганини, которого я слышала в Милане, решил засунуть свой знаменитый «Гварнери»в чулан под старые газеты и не извлекать из него ни единого звука долгие годы.

Это было бы так же глупо!

— Глупо или нет, но я не хочу продавать себя! — с силой заявила Марианна.

Фортюнэ повела своими красивыми круглыми плечами.

— Самое тягостное у вашего брата аристократа это то, что вы считаете своим долгом всегда употреблять громкие слова для самых простых вещей. Ладно, я посмотрю, что смогу сделать для тебя."

"Она достала очаровательное платье из белого шелка с аппликациями в виде ярких экзотических цветов.

— Оденься, юная весталка, хранительница священного огня любовной верности, а я тем временем посмотрю, не смогу ли я представить себя на твоем месте.

— Что ты хочешь делать? — спросила встревоженная Марианна.

— Успокойся, я не собираюсь продавать себя даже за высокую цену. Я только попрошу милейшего Уврара, чтобы он ссудил нам недостающие двадцать тысяч ливров Он неприлично богат, и я смею надеяться, что он ни в чем мне не откажет. Ведь он из низов. К тому же его взаимоотношения с его величеством оставляют желать лучшего, и он, безусловно, будет в восторге, оказав услугу столь близкой к императору особе Располагайся, отдыхай. По дороге я прикажу Жонасу принести тебе шампанского.

— Ты ангел! — от души воскликнула Марианна.

Она послала воздушный поцелуй исчезавшей в облаке золотистого тюля сумасбродной молодой женщине. Затем она поспешила надеть платье Фортюнэ, опасаясь, как бы Жонас не застал ее в костюме Евы, после чего, взяв на туалетном столике гребень из слоновой кости и серебряную щетку, стала приводить в порядок свою прическу. Чудесное умиротворение охватило ее наконец после тоски и тревог последних часов. Фортюнэ продемонстрировала свою независимость от строгих канонов морали, жизненную силу, человеческое тепло, способное отогреть самые застывшие души. Прекрасная креолка принадлежала к тем не знающим сложностей созданиям, которые умели только давать, никогда не требуя взамен.