Марианна. Книги 1-6

"

"— Камердинера по имени Констан, не так ли?

— Да… конечно, по-моему так!

Мощный голос шевалье стал вдруг удивительно нежным. Он нагнулся к молодой женщине и заглянул ей в глаза.

— Вы любите его?.. Этого господина Дени?

— Да… Да, я люблю его! Мне кажется, я любила его всегда. Я увидела его и затем…

— И затем, — заключил Брюслар, — вы оказались в его объятиях. Он вас обольстил, очаровал, околдовал… Идет молва, что он как никто говорит о любви, а пишет еще лучше!

Марианна сделала большие глаза.

— Но тогда… Вы знаете его? Это человек, который скрывается, не так ли? Заговорщик, как и вы? Я поняла, что он в опасности.

Впервые на губах Брюслара промелькнула улыбка.

— Я его знаю, да. Что касается того, что скрываться… Возможно, он вынужден это делать, ибо он действительно часто бывает в опасности. Хотите, милочка, чтобы я показал вам вашего мэтра Дени?

— Да. Конечно, да. Он здесь? — вскричала она, охваченная восхитительной надеждой.

— Он везде! — сказал шевалье, пожав плечами. — Держите, посмотрите на это.

Он вытащил из кармана золотую монету и вложил ее в руку Марианне, с недоумением смотревшей на него.

— Этот профиль, — настаивал Брюслар, — вы не узнаете его?

Наконец, Марианна сообразила, чего он хочет, и взглянула на монету. Кровь горячей волной ударила ей в лицо. Она поднялась, словно автомат, с расширенными глазами, прикованными к прекрасному профилю, отчеканенному в золоте, профилю, который она не могла не узнать.

— Шарль! — растерянно шепнула она.

— Нет, — строго поправил ее шевалье, — Наполеон! Это к нему доставил вас старый плут Талейран этой ночью, маленькая дурочка.

Золотая монета выскользнула из пальцев Марианны и покатилась по выщербленным плитам. Молодая женщина почувствовала, как пол уходит у нее из-под ног. Стены заплясали в неистовой сарабанде. С душераздирающим криком Марианна упала навзничь, как подрубленное дерево.

Когда она пришла в сознание, она оказалась лежащей на соломе в глубине какого-то помещения, освещенного жаровней. Забавный человечек со свечой в руке склонился над нею с сочувственным видом. Своей остроконечной головой с залысинами, большими ушами и торчащими усами он напоминал бородатую мышь. Черные глаза, круглые и очень живые, еще больше усиливали это сходство. Увидев, что Марианна открыла глаза; он продемонстрировал широчайшую улыбку, рассекшую его лицо надвое.

— В добрый час! Мы выплыли на поверхность! И мы чувствуем себя лучше?

Марианна сделала усилие, чтобы подняться, и ей удалось опереться о локоть не без болезненного стона. Отчаянно болела голова, а поясница ныла, как после хорошей порки.

— Я… да, спасибо! Немного лучше.