Марианна. Книги 1-6

Да, это было бы действительно слишком просто! Но об этом нужно было подумать до того, как ограбить меня и унизить! Теперь слишком поздно, вы слышите, слишком поздно! Я лучше буду жить в изгнании, скрываться, терпеть лишения и переносить страдания, чем соглашусь принять что-либо от вас. Как вы не понимаете, что я вас ненавижу!

Она бросила ему в лицо последние слова и, ощутив жестокое удовлетворение при виде его побледневшего лица, обрадовалась этому, как победе, смутно надеясь, что он признает себя побежденным и позволит ей укротить его. Но этому человеку, словно выкованному из железа, слабость была незнакома. Он пожал плечами, медленно подошел к креслу и бросил на руку большой черный плащ с тройным воротником. Когда он повернулся, лицо его было бесстрастным. В глазах потух теплый огонек.

— Вы ничего не поняли! И вы еще ничему не научились, не так ли? — сказал он строго. — Вы думаете всегда быть государыней в своей маленькой империи? Вы считаете, что вещи и люди будут подчиняться вашим желаниям и радостно приветствовать пинки капризной проказницы? Боюсь, что вас скоро ждет жестокое разочарование, более жестокое, чем в недавнем прошлом! Но вы сама себе хозяйка! Итак, прощайте, Марианна Малерусс, поступайте по своему усмотрению. Однако, если…

— Бесполезно! — оборвала Марианна, непоколебимая в своей гордыне и злобе.

Но он не подал вида, что слышит ее, и спокойно продолжал:"

"— Если вас, однако, охватит сожаление или желание познакомиться с солнечной страной, где распускается хлопок, где поют негры, где вы сможете жить свободной женщиной, с высоко поднятой головой, постарайтесь вспомнить, что я буду еще некоторое время в Париже: отель Империи, улица Серутти. Я буду ждать.

— Я не приду!

— Может быть, и придете. Поразмыслите, Марианна. Гнев — плохой советчик, а вам угрожает реальная опасность. Не забудьте главное: я желаю вам только спокойствия и счастья!

Черный плащ взвился, когда он бросил его на плечи. Бофор стремительно направился к двери. Марианна неподвижно стояла у камина, но когда он уже выходил, остановила его.

— Еще одно слово! Скажите… Селтон полностью разрушен?

В свою очередь, Язон Бофор почувствовал желание быть жестоким и ответить ударом на удар этой прозрачной статуе, непреклонной в своем упрямстве, увидеть смятение в безжалостных зеленых глазах.

— Нет! Там осталось достаточно для того, кому я его продал за хорошую цену. И я смог, благодаря этому, прибрести большой корабль.

Марианна закрыла глаза, пряча от него слезы. Ей так хотелось, чтобы от любимого дома камня на камне не осталось.

— Уходите… Уходите немедленно!

Она не видела ни его движения в ее сторону; ни полного гнева и боли взгляда, она не слышала, как он с трудом подавил тяжелый вздох.