Марианна. Книги 1-6

— Будьте осторожны! — шепнула она еще, прежде чем побежать и броситься на заменявшую кровать кучку соломы, лежавшую в самом темном углу.

Там она съежилась, прикрыв лицо руками, в позе безысходного отчаяния и с бьющимся сердцем стала ждать.

Загремели засовы. Скрипнула дверь. Затем раздался грубый голос гренадера:

— Уже время, сударыня… я сожалею…"

"В ответ послышалось жалобное рыдание, делавшее честь актерскому таланту кардинала. Дверь снова закрылась, шаги удалились. Но Марианна еще не смела пошевелиться. Все ее естество оставалось в напряжении, тогда как она отсчитывала бесконечные секунды ударами тяжело бьющегося сердца. Каждое мгновение она ожидала, что услышит гневное восклицание, шум борьбы, крики часовых… Она мысленно следовала за движением пленника и охранника… Лестница, первая площадка, второй марш… дверь башни…

Она облегченно вздохнула, когда снизу донесся лязг закрываемой решетки. Теперь Готье де Шазей был снаружи, но он должен был еще пройти одни из трех ворот Кремля, оставаясь неузнанным. К счастью, на дворе, очевидно, стало еще темнее, судя по сгущающемуся мраку в башне. Хорошо еще, что дым уходил к потолку, иначе можно было задохнуться.

Встав наконец, Марианна сделала несколько шагов по темнице. Клуб едкого дыма попал ей в лицо, заставив закашляться. Тогда она оторвала оборку с юбки, намочила в стоявшем в углу кувшине с водой и приложила к горящему лицу. Сердце ее билось так быстро, что она подумала, не лихорадка ли у нее, но все же пыталась поразмыслить спокойно.

Что может произойти, когда придут за пленником?

Конечно, ей не сделают ничего плохого, потому что она женщина, но ее немедленно отведут к императору, и, несмотря на все ее мужество, мысль о том, что ее ожидает, вызвала у нее дрожь. Безусловно, она проведет очень неприятные четверть часа! Но жизнь человека, особенно Готье де Шазея, стоит любых неприятностей, даже если они выразятся в заключении в тюрьму… К счастью, Жоливаль не особенно протестовал, когда она сообщила ему о своем решении. Он даже согласился действовать так, как она предложила.

— Вам лучше укрыться от гнева императора, — сказала она. — Гракх устроит, чтобы вы покинули Кремль. Вы можете вернуться во дворец Ростопчина… если только пожар не заставит вас покинуть Москву. В таком случае… встретимся на первой почтовой станции по дороге в Париж.

Успокоившись с этой стороны, она не обратила внимания на недовольное пофыркивание Гракха, удовольствовавшись замечанием, что «тем, кто отказывается выполнять ее распоряжения, нечего делать на ее службе…».