Марианна. Книги 1-6

Даже неясное в тени большой черной треуголки, обрамленное седоватыми баками лицо офицера, судя по нашивкам — капитана, вызывало странное ощущение чего-то очень знакомого.

Мужчина в белом костюме вступил в разговор с Теодоросом, но командир не проронил ни слова. Он не отрывал взгляда от едва освещенного сигнальным фонарем лица Марианны, и она ощущала это так же явственно, как если бы он положил ей руку на плечо.

Собеседник грека внезапно повернулся к офицеру.

— Корабль, с которым мы столкнулись, принадлежит одному из братьев Кулугис, известных пиратов. Этот человек говорит, что их с сестрой похитили на Аморгосе и везли в Тунис, чтобы продать в рабство. Им при столкновении удалось сбежать, и теперь они просят убежища. Молодая женщина как будто глухая и немая! Мы не можем выбросить их в море, не так ли?

Но капитан ничего не ответил. Он взял за руку Марианну и повел на полуют, где над штурвалом горел большой фонарь. Подведя ее к этому источнику света, он несколько мгновений напряженно вглядывался в ее лицо.

Верная своей роли, Марианна не могла ничего сказать. И вдруг…

— Вы не гречанка, не глухая, не немая, ведь правда, мое дорогое дитя?

И сейчас же он снял треуголку, открывая полное, цветущее лицо с сияющими радостью голубыми глазами. Лицо, так неожиданно возникшее из глубин прошлого, что Марианна не смогла удержаться, чтобы не назвать его.

— Джеме Кинг! — вскричала она. — Коммодор Джеме Кинг!

Это невероятно!

— Менее невероятно, чем найти вас плывущей на пиратском судне в обществе какого-то гигантского грека! Но от этого я не менее счастлив снова увидеть вас, Марианна!

Добро пожаловать на борт фрегата «Язон», следующего в Константинополь.

И, обняв молодую женщину за плечи, коммодор Кинг расцеловал ее в обе щеки.

ГЛАВА VII. НАЗОЙЛИВЫЙ АРХИТЕКТОР

Оказаться вдруг на море на краю света перед лицом старого друга семьи, превратившегося, не зная этого, в противника и невольного спасителя, было испытанием, выдвигавшим необычные проблемы.

Как бы далеко ни доходили воспоминания Марианны, в них всегда присутствовал сэр Джеме Кинг. Во время редких перерывов в его пребывании в плавании он с семьей — их имение находилось в нескольких милях от Селтон-Холла — был в числе немногих, переступавших порог необщительной тетки Эллис. Может быть, потому что она находила их одновременно и простодушными, и достойными уважения.

Для управлявшей огромным поместьем старой девы, всегда попахивавшей конюшней, леди Мери, супруга сэра Джемса, всегда казавшаяся с ее отливающими разными цветами платьями и воздушными шляпками спустившейся с полотен Гейнсборо, была постоянным объектом изучения и удивления.