Песнь льда и огня. Книги 1-9

Квентин кивнул, соглашаясь с ним.

— Принц должен сначала думать, а потом уже действовать. Я пока еще не раскусил этого короля. Королева тоже предостерегала меня против него, однако…

— Предостерегала? — прервал сир Барристан. — Почему же вы еще здесь?

— Брачный договор…

— …составлен двумя покойниками, и о вас с королевой в нем нет ни слова. Это договор о помолвке вашей сестры с братом королевы, также покойным. Силы он не имеет, и до вашего приезда ее величество ничего не знала о нем: боюсь, ваш батюшка слишком хорошо хранил свои тайны. Знай королева, что такой документ существует, она не направилась бы из Кварта в залив Работорговцев, а теперь уже поздно. Не хочу сыпать вам соль на раны, но у ее величества есть новый муж и старый любовник — для вас, по всему судя, места уже не осталось.

Темные глаза принца вспыхнули гневом.

— Захудалый гискарский лорд не годится в супруги правительнице Семи Королевств.

— Не вам об этом судить. — Говорить ему или нет? Сир Барристан решил, что скажет все до конца. — Одно из блюд в королевской ложе на Арене Дазнака было отравлено. Силач Бельвас съел его по чистой случайности. Лазурные Благодати говорят, что он выжил лишь благодаря своей толщине и недюжинной силе. Может быть, еще и умрет.

По лицу принца Селми понял, что тот глубоко потрясен.

— Яд предназначался для Дейенерис?

— Или для Гиздара. Возможно, для них обоих. Всеми приготовлениями ведал его величество. Если яд — его рук дело, ему понадобится козел отпущения. Кто подходит для этого лучше, чем соперник из далеких краев, не имеющий друзей при дворе? Чем отвергнутый королевой жених?

— Я? — побледнел Квентин. — Не думаете ли вы, что…

Либо он выдающийся лицедей, либо говорит искренне.

— Мое мнение мало что значит, но другие могут подумать. Вашим дядей был Красный Змей, и у вас есть причина желать смерти Гиздару.

— Не только у него, — вставил Дринквотер. — Взять хоть Нахариса, королевского…

— Фаворита, — закончил сир Барристан, не желая, чтобы дорниец порочил честь королевы. — Так, кажется, это называется у вас в Дорне? Моим собратом по оружию был принц Ливен. В те времена у нас не было друг от друга секретов, и я знал, что у него есть любовница… фаворитка. Он нисколько этого не стыдился.

— Это так, — покраснел Квентин, — но…

— Даарио мигом уложил бы Гиздара, будь у него такое намерение, но к яду бы не стал прибегать. И в городе его не было. Гиздар мог бы, невзирая на это, обвинить его в отравлении, но Вороны-Буревестники королю еще пригодятся, и казни своего капитана они ему не простят. Нет, мой принц: если его величеству понадобится отравитель, он укажет на вас. — Больше Селми ничего говорить не стал.