Песнь льда и огня. Книги 1-9

 — Она хотела поговорить с вами, но пришлось ограничиться мной. Женщина уверяет, будто Принц-Оборванец хотел с самого начала перейти к вам. Ее он якобы послал для тайных переговоров с вами, но дорнийцы, разоблачив их всех, не дали ей и слова сказать.

«Одни предают других, другие третьих… будет ли этому конец?»

— Вы ей верите, сир?

— Не особенно, ваше величество, но так она говорит.

— И они в самом деле перейдут к нам?

— По ее словам, да — но за определенную цену.

— Так заплатите им. — Золота в Миэрине много, а вот стали недостает.

— Принцу-Оборванцу нужны не деньги, ваше величество. Он хочет получить Пентос.

— При чем же здесь я? Пентос на другом краю света.

— Он готов подождать, пока мы не выступим в Вестерос.

«А если этого никогда не случится?»

— В Пентосе обитает магистр Иллирио, устроивший мой брак с кхалом Дрого, подаривший мне драконьи яйца, приславший мне вас, Бельваса и Гролео. Я бесконечно ему обязана и не намерена отдавать его город наемнику.

— Мудрое решение, ваше величество, — склонил голову рыцарь.

— Этот день сулит многое — верно, любимая? — Гиздар зо Лорак помог Дени сесть в паланкин, где стояли рядом два трона.

— Разве что вам. Не тем, кто умрет еще до захода солнца.

— Все мы умрем, но не всем дано погибнуть со славой, под приветственные клики целого города. Открывай, — крикнул он солдатам у дверей, подняв руку.

Воздух уже мерцал от зноя над площадью, вымощенной разноцветными кирпичами. Девять из каждых десяти человек — кто в носилках или на креслах, кто на осликах, кто пешком — двигались по кирпичному проспекту на запад, к Арене Дазнака. Появление королевского паланкина из пирамиды встретили громким «ура». «Не странно ли, — думала Дени, — что меня чествуют на той самой площади, где я прибила к столбам сто шестьдесят три человека из числа великих господ?»

Во главе процессии бил большой барабан, и глашатай в тунике из медных дисков выкрикивал:

— Дорогу! — БОММ. — Дорогу королеве! — БОММ. — Дорогу королю! — БОММ.

За барабаном шагали Бронзовые Бестии, по четверо в ряд — кто с дубинками, кто с кольями, в складчатых юбках, сандалиях и пестрых плащах, копирующих кирпичи Миэрина. На солнце сверкали маски вепрей, быков, ястребов, цапель, львов, тигров, медведей, змей с раздвоенным языком, василисков.

Не любящий лошадей Силач Бельвас шел впереди паланкина в безрукавке с заклепками — его коричневый, весь в шрамах живот колыхался на каждом шагу. Ирри, Чхику, Агго и Ракхаро ехали верхом, за ними следовал Резнак в кресле с навесом от солнца. Сир Барристан в сверкающих доспехах сопровождал паланкин рядом с Дени — на плечах безупречно отбеленный плащ, на левой руке большой белый щит. Чуть позади ехали Квентин Мартелл и два его спутника.