Песнь льда и огня. Книги 1-9

 — Бедный наш зяблик такой слабенький. Это лишь вопрос времени. Когда Роберт умрет, Гарри-Наследник превратится в лорда Гарольда, владетеля Орлиного Гнезда и Защитника Долины. Знаменосцы Джона Аррена никогда не полюбят меня или нашего бедолагу Роберта, но своего Молодого Сокола будут любить… а когда они съедутся на свадьбу и ты выйдешь к ним со своими распущенными золотистыми волосами, в белом плаще с серым лютоволком, все рыцари Долины дадут обет вернуть то, что принадлежит тебе по праву рождения. Вот что дарю я тебе, моя милая Санса: Гарри, Гнездо и Винтерфелл. Тебе не кажется, что это заслуживает еще одного поцелуя?

Серсея

Лицо престарелой септы Моэллы состояло из одних острых углов, губы постоянно оставались поджатыми. Серсея подозревала, что она все еще девственница — хотя теперь ее девичество, вероятно, стало прочнее дубленой кожи. Септу сопровождали шесть рыцарей его воробейства с радужными мечами своего возрожденного ордена на треугольных щитах.

Серсея сидела на своем месте ниже Железного Трона, одетая в зеленый шелк с золотым кружевом.

— Передайте его святейшеству, септа, что мы недовольны им. Он берет на себя слишком много. — Изумруды сверкали на пальцах королевы и в ее золотых волосах. Весь двор и город смотрели сейчас на нее — пусть же они видят перед собой дочь лорда Тайвина. Когда эта комедия будет доиграна, они поймут, что у них есть только одна королева. Но сначала надо проплясать весь танец, ни разу не сбившись с такта. — Леди Маргери — верная жена и помощница моего сына. Его святейшество не имел повода заключать под стражу нашу невестку и ее юных кузин, столь дорогих нашему сердцу. Я требую их освобождения.

На лице септы не дрогнул ни один мускул.

— Я передам его святейшеству слова вашего величества, но должна с прискорбием известить, что молодая королева и ее дамы не могут быть освобождены, пока не будет доказана их невиновность.

— Невиновность? Стоит только посмотреть на эти чистые лица, чтобы убедиться в их полнейшей невинности.

— Красивое лицо часто скрывает грешную душу.

— В чем обвиняются сии девицы, — спросил лорд Мерривезер, сидевший за столом совета, — и кто обвиняет их?

— Мегга и Элинор Тирелл обвиняются в распутстве и сокрытии государственной измены, — ответила септа. — Элла Тирелл — в недоносительстве. Все эти обвинения, помимо прелюбодейства и государственной измены, предъявляются также и королеве Маргери.

— Скажите же наконец, кто распространяет подобную клевету против моей невестки! — Серсея приложила руку к груди. — Я не верю ни единому слову. Мой сын любит леди Маргери всем своим сердцем — она не могла обмануть его столь жестоко.

— Обвинителем выступает один из ваших придворных рыцарей.