Сборник космических циклов. Книги 1-24

— Поздно! Сделать ничего нельзя! Что ты собираешься…

Резкая перегрузка оборвала последнюю фразу Бекетова, заставив его от неожиданности до крови прикусить губу.

Дикая скачка по лесу закончилась к рассвету. Логинов к этому времени был измотан и разбит до такой степени, что не смог бы оказать сопротивления даже ребенку. Похандорусу, чувствовавшему себя так, словно никакой скачки не было вовсе, пришлось буквально вынимать его из упряжи и под руку вести к небольшой хижине, стоявшей на вершине холма, возвышавшегося над окружающим лесом. Святилище эта заброшенная хижина ничем не напоминала. Разве что количество тропинок, расходившихся от вершины холма во все стороны, вызывало легкое недоумение.

Вначале Логинов принял сидящее в глубине хижины существо за скульптуру — и в этом не было ничего удивительного. Огонь очага слишком слабо освещал его. У существа было четыре пары рук. Две из них, сложенные на груди, не двигались, а две другие существо спрятало за спину. Неподвижное, словно отлитое из бронзы, лицо, украшенное огромными синими глазами, было направлено в сторону от захлопнувшейся за спиной Логинова двери.

Казалось, ни произведенный их прибытием шум, ни само появление в хижине посторонних людей не произвели на хозяйку ни малейшего впечатления. И Логинов почему-то подумал, что в этом мире существует немного вещей, способных вывести ее из глубокой сосредоточенности и отрешенности. В том, что хозяйка — существо женского пола, его убеждали черты лица, не лишенного определенной привлекательности, и тонкие узкие руки.

Но это были единственные признаки — и он мог ошибиться.

Нижнюю половину тела существа скрывали пышные складки какой-то грубой материи.

— Это тот самый землянин, Лума, встретиться с которым ты пожелала. — Похандорус произнес эти слова, почтительно склонив голову, но в его тоне сквозила легкая небрежность.

Логинову пришлось вспомнить его рассказ о том, что к мутантам в обществе арктуриан относятся как к париям, лишая их всех гражданских прав, несмотря на любые, самые выдающиеся способности, которые среди этих личностей встречаются довольно часто. Вот и эта прорицательница, по сути, общепризнанный государственный оракул арктурианской империи, вынуждена была жить в жалкой хижине в глубинах леса, хотя к ней за предсказаниями довольно часто наведывались члены правительства и даже члены императорской семьи.

Логинов воспринимал происходящее словно сквозь завесу тумана, в голове гудело, и все его тело время от времени вздрагивало, словно он все еще находился внутри несущегося через лес кокона, больше напоминавшего катапульту.

— Я вижу, — ответила Лума, не поворачивая головы и по-прежнему не удостаивая их даже взгляда.