Сборник космических циклов. Книги 1-24

Удар сокрушительной силы бросил меня на спину хрума. Однако щит отбил меч в сторону, я не получил серьезных ран. Скокс снова прыгнул и унес пустынника метров на пять в сторону. Пока тот разворачивал животное, готовя его к обратному прыжку, я успел выпрямиться и вновь направить на него острие своего копья. При первом столкновении наконечник лишь скользнул по хитиновому панцирю скокса. И вот он снова рядом. Я заставил себя сосредоточиться только на груди животного, не отвлекаясь ни на что другое.

Копье вошло в грудь скокса почти на полметра. Древко тут же вырвалось у меня из рук. Скокс рванулся в сторону, и это спасло меня от очередного удара меча. Мой противник успел выпрыгнуть из седла, прежде чем обезумевшее от боли животное рухнуло.

По правилам поединка я имел право атаковать верхом, но не воспользовался этим и уже через секунду, обнажив свой меч, стоял напротив пустынника. Этот рыцарский поступок вызвал крики восторга в нашем лагере, хотя, скорее, он был продиктован холодной логикой. Я понимал, что в быстроте реакции – мое главное преимущество, а неповоротливый хрум сводил его на нет.

Сила, в которой мой противник значительно превосходил меня, имела бы мало значения в поединке на легких рапирах. Но как только я извлек из ножен свой тяжеленный меч, я понял, что поступил опрометчиво, оставив хрума. Щит, расколовшийся после первого удара, мне пришлось бросить. Копье осталось в груди скокса. Единственным моим оружием стал теперь только этот меч, но он показался мне слишком тяжелым, в несколько раз тяжелее обычного, и я вновь заподозрил неладное. Не простым воином был мой противник, совсем не простым. Проверить это предположение не составляло особого труда. Если я ошибался, сила КЖИ никак не проявит себя.

Едва я произнес нужное заклинание, как меч попросту потерял вес. Он словно бы превратился в невесомую рапиру. Но теперь я знал, с каким грозным противником имею дело, и удвоил осторожность.

Мне очень сильно мешало кольцо. Контроль над ним отвлекал внимание и требовал постоянного усилия воли. Порой трудно было определить, кто из нас управляет поединком.

Последовал удар слева. Направленный двумя руками меч моего врага со свистом приближался. Я понял, что отразить его не успею. Можно лишь уклониться. Это я и сделал. Пустыннику не удалось достаточно быстро погасить инерцию удара. Его повело вслед за мечом вперед. Он раскрылся, и я получил возможность ударить сверху в левое плечо. Времени для замаха не было, мой удар не мог причинить серьезного вреда.

Все же это заставило его отступить и поднять меч для защиты… Напрасно… Теперь он открыт спереди. Прямой колющий удар в грудь. Это был бы завершающий удар в поединке на рапирах.