Сборник космических циклов. Книги 1-24

Он научился никуда не спешить и ждать, ждать так, как будто впереди была вечность.

И лишь иногда сквозь это бесконечное ожидание проникала в его сознание прежняя глухая тоска по дому.

В один из таких дней, почувствовав его настроение, Сейрос сказал:

— Сегодня я должен сообщить тебе нечто важное. Нужен Круг. Приготовь все необходимое.

Это означало, что тайна, которую собирался ему открыть учитель, настолько значительна, что нуждается в специальной магической защите.

Влияние внешних злобных сил ощущалось тем сильнее, чем тоньше становилась перегородка, отделявшая Воина от мира иных, незримых для обычного человеческого взгляда, измерений. Степан не знал, так ли это. Критическая оценка действий учителя ему никогда не удавалась, слишком велика была гипнотическая, подавляющая волю сила, которая окружала все, связанное с Сейросом. И потому Степан, не раздумывая и не возражая, подчинился.

Прежде всего нужно было в расселинах северных скал набрать веток колючего кустарника мискаля. И хотя там, куда они потом пойдут, растет сколько угодно точно такого же мискаля, годился только этот, омытый северными ветрами, собранный недалеко от дома.

Потом они долго ждали заката, сидя в открытом дворике и набираясь сил для трудной дороги. Наверное, для постороннего наблюдателя их сборы выглядели более чем нелепо, но к этому времени Степан уже понял, что Сейрос ничего не делает зря, и научился держать при себе свое мнение. Тем более что с таким же успехом он мог бы спорить со скалой, на которой рос мискаль. Солнце на здешнем небосклоне двигалось чрезвычайно медленно, и, хотя они вышли перед самым закатом, а дорога к восточным склонам хребта занимала не меньше четырех часов, у них оставалось еще достаточно светлого времени, чтобы выбрать нужное место.

На небольшой ровной площадке, покрытой толстым слоем песка, Сейрос нарисовал круг поперечником метра в полтора и затем утыкал его границы ветками мискаля.

Получилась довольно высокая зеленая изгородь, почти скрывшая от глаз Степана фигуру учителя. Степан не мог видеть того, что происходило внутри Круга.

Стоя неподвижно, он ждал часа два или три. Он не знал, сколько именно. Наконец, когда сумерки совсем сгустились, Сейрос сделал ему знак, приглашая войти внутрь Круга.

— Здесь мы можем говорить обо всем. Нас не услышит ни одно живое существо в обоих мирах. У мертвых предметов я тоже на всякий случай стер память.

Учитель надолго замолчал, и Степан не произнес ни звука, понимая, что сейчас нельзя перебивать его мыслей и надо ждать. Слышно было, как ветер шелестит ветвями мискаля у них за спиной.

— Я надеялся, что со временем твоя тоска по оставленному дому станет меньше, но этого не случилось. Мне так и не удалось сделать из тебя настоящего Воина.