Сборник космических циклов. Книги 1-24

По команде она повернулась, уперлась ладонями в пол и вновь оказалась на ногах… Лишь некоторое время спустя Неверов понял, что чувствует отражение чужого сознания. Сознания существа, ставшего его полным господином.

Вместе с остальными своими недавними товарищами он брел в толпе грайров, и каждый шаг, каждое движение отдавались в его черепной коробке болезненным эхом.

Согнуть правую ногу, приподнять, продвинуть вперед, потом те же самые, ставшие вдруг невероятно сложными движения проделать со второй ногой."

"Они шли все вниз и вниз, спускаясь по спиральному пандусу и погружаясь все глубже, в неведомые глубины города, из которого никто и никогда не возвращался, если не считать Элайн…

Неожиданно он понял, что ее не было с ними в толпе пленных, не было ее и среди конвоиров…

И тогда возникла… нет, не надежда. Потому что ей не было места в этом сером, белесом городе мертвых тварей, лишенных собственного сознания. Но что-то, весьма похожее на постороннюю, не подконтрольную его властелину мысль родилось в потаенных уголках его погруженного в анабиоз сознания.

ГЛАВА 40

Лишь когда стих звук царапающих по камню когтей, лишь когда вытянутая узкая спина последнего грайра исчезла в проходе и она вновь осталась одна, Элайн смогла совладать с охватившим ее паническим, почти безумным ужасом.

Это чувство досталось ей в наследство от первого укуса. Испытав на себе однажды полное порабощение своего сознания чужим разумом, она знала, каково сейчас Неверову… И скорее всего именно эта мысль помогла ей взять себя в руки настолько, чтобы понять — грайры не обратили на нее ни малейшего внимания. Акванты оказались правы.

Она не существовала для грайров, оставаясь невидимой под колпаком помеченного ими ментального поля.

Ощущение собственной неуязвимости придало ей немного бодрости — ровно столько, сколько требовалось для того, чтобы поверить в стоящую перед глазами кошмарную картину. Согнутого, медленно бредущего в окружении грайров Степана… Его больше не было с ней… Он все еще жил, она все еще чувствовала слабое биение его ментального поля, но на него уже накладывался узор чужого разума — это был теперь не Степан…

Ему еще можно было помочь, еще не поздно. Ведь он однажды помог ей в такой ситуации, не побоявшись для этого проникнуть в этот город живых мертвецов…

Но для его освобождения нужно уничтожить грайра, отравившего его своим ядом… Сделать это необходимо как можно быстрее, пока мозг Неверова, его воля к сопротивлению и ощущение собственной индивидуальности окончательно не растворились под прессом чужого сознания…

Если бы у нее хватило сил сразу же последовать за пленными, не выпускать их из виду… Но момент был безнадежно упущен.