Сборник космических циклов. Книги 1-24

Но у раковины, приближавшейся к устью бухты, в поперечнике было не меньше десятка метров… Десять метров закрученного в спираль и сияющего всеми цветами радуги перламутра производили неизгладимое впечатление.

Какое-то время они не видели ничего, кроме этой поражающей воображение раковины, и лишь позже, когда гигантский аргонавт вошел в бухту, Неверов понял, что на плоской подошве живого, упругого тела моллюска, плывущего по волнам, находится что-то постороннее.

Прошло, наверно, не менее часа, прежде чем он поверил в то, что это человек, и запретил себе думать о нем, чтобы не спугнуть удачу. В этот момент он, несмотря на весь свой практицизм, стал суеверен.

Даже после того, как огромный живой корабль причалил к берегу и часть боковой створки откинулась, образуя некое подобие трапа, даже тогда, когда оптический прибор стал не нужен, он все еще боялся поверить…

Женщина, стоявшая на борту аргонавта, лишь смутно напоминала человека, которого он знал и любил.

Сбившиеся в непокорную гриву волосы, нечесаные и нестриженые, развевались на ветру, лицо потемнело и заострилось, а в глазах появились незнакомая твердость и загадочный блеск, словно все это время они видели нечто такое, чего не должен видеть обычный человек…

Одежда дополняла представший пред ним образ повелительницы этого моря. Собственно, вся она состояла из одного куска ткани, ловко обернутого вокруг шеи и заколотого сбоку, на бедре неким подобием костяной булавки. Но что это была за ткань… Она казалась прозрачной, но позволяла рассмотреть лишь общие контуры скрытого под нею обнаженного женского тела.

Казалось, ткань светилась изнутри и наполнялась серебристым туманным блеском. Позже он понял, что из такого же материала состояли паруса аргонавта."

"Было и еще кое-что… Сияние огромной черной жемчужины, небрежно болтавшейся на кожаном шнурке у нее на шее. Величина жемчужины превосходила все, о чем он когда-нибудь слышал, все, что мог себе представить, даже глядя на гигантскую раковину аргонавта.

Она была с кулак величиной и, вероятно, весила так много, что Элайн с трудом удавалось держать голову прямо.

Трап уже опустился, а она все еще стояла неподвижно, словно не замечая одиноких человеческих фигурок, застывших на берегу в немом изумлении.

Акванты, встречавшие ее, выстроились в две ровные шеренги и застыли неподвижно, сжимая в клешнях свои сверкавшие на солнце рогатины. Впервые Неверов увидел у них на теле какие-то знаки отличия. Нижняя часть панциря у выстроившихся в шеренги воинов отливала глубоким пурпурным цветом. Непонятно, была ли это несмываемая краска или им каким-то образом удалось вырастить на себе двухцветный панцирь.

Из моря между тем появлялись все новые персонажи этой торжественной встречи.