Сборник космических циклов. Книги 1-24

— Ты говоришь так, будто знаешь о них больше меня, будто никогда и ни в чем не можешь ошибиться! Ты всегда прав, Неверов! Всегда прав!

Неожиданно она вскочила и, отбросив полог, выбежала из палатки в ночь.

В нем долго кипело возмущение за несправедливое обвинение. Минут пять он лежал неподвижно, пока зеленоватый свет чужой луны не напомнил ему, где они находятся. Тогда, пересилив себя, он встал и вылез наружу.

Она стояла на берегу, в ста метрах от него, около огромной полупрозрачной раковины, оставленной аквантами у самой полосы прибоя. Прошло еще не меньше минуты, прежде чем он понял, что происходит.

Створки раковины медленно раздвигались, и руки Элайн быстро пробегали по ее поверхности, производя сотни мелких, непонятных для него движений…

Только когда он наконец увидел, как Элайн пригнулась и нырнула в черную глубину раковины, он закричал и побежал к ней, но было уже слишком поздно…

Последнее, что он услышал, был ее приглушенный голос, донесшийся до него сквозь захлопнувшиеся створки:

— Я скоро вернусь, Степан! Я обязательно вернусь!

ГЛАВА 32

Земля, небо, Степан, бежавший к ней вдоль берега, все вдруг подпрыгнуло, перевернулось и исчезло из поля зрения."

"Мощным толчком широкой плоской ноги гигантский моллюск послал свое тело вперед и вверх. Описав в воздухе двухметровую дугу, он с шумом обрушился в океан и мгновенно исчез в глубине.

Элайн ничего этого не видела. Она лежала, крепко зажмурив глаза и стиснув руки. Она хотела лишь одного, чтобы этот страшный сон поскорей кончился. Она не могла поверить, что все происходит с ней наяву, что она сделала это и теперь несется в глубине океана, внутри воздушной полости транспортного моллюска.

Именно так назвал его один из аквантов, когда давал ей подробные инструкции о том, как открыть его створки.

Лежать на теплой, мягкой и слегка пульсирующей живой подстилке было приятно и удобно. Этого она никак не ожидала. По ее представлениям, тело ракушка независимо от ее размера должно быть скользким и холодным. Во всяком случае, именно такими запомнились ей в детстве земные устрицы. Но здесь была не Земля…

И, вспомнив об этом, она заставила себя открыть глаза. Верхняя створка раковины была совершенно прозрачной. Какое-то время ей казалось, что она летит сквозь толщу воды, разрезая ее своим телом. Картина была настолько нереальной и страшной, что она вновь на короткое время закрыла глаза, собираясь с мужеством, чтобы принять новую реальность.

Когда она вновь посмотрела вперед, раковина неслась сквозь белые буруны, а внизу под ней вспыхивали и гасли цепочки огней.

Что там было? Подводные города аквантов? Дома, улицы? Этого она никогда не узнала. Сверху над ней колыхалось огромное серебряное полотнище водной поверхности.