Сборник космических циклов. Книги 1-24

Если ты попадешь туда, ты перестанешь быть человеком и никогда уже не сможешь вернуться.

— Я знаю. Но я должен попробовать. Я должен встретиться с ними. Я хочу знать, что им от нас нужно. Хочу уменьшить число жертв с обеих сторон или по крайней мере узнать, за что мы должны воевать… Исканта — большая пустынная планета, на ней хватит места всем. Мы не собираемся претендовать на их подземный мир, так в чем же дело? Почему бы им не оставить нас в покое?

Он спрашивал ее так, словно надеялся немедленно получить ответы на все свои вопросы, словно она была для него представителем иного, нечеловеческого мира…

Но ответов не было, только горькая складочка у ее губ стала чуть глубже.

Когда он сказал Элайн, что не оставит ее, что они отправятся к грайрам вместе, — эти слова сорвались с его губ сами собой. Ведь он просто не мог поступить иначе, но сейчас вдруг понял, что из этого может получиться нечто большее, чем бессмысленное жертвование.

Да, он обязан помочь ей выкарабкаться из ледяной трясины, в которую она попала не без его вины, но, кроме этого, он отвечает и за жизнь всех остальных людей, доверивших ему руководство колонией. И Степану показалось, что в абсолютном мраке, окружавшем их со всех сторон, появился проблеск какого-то, неясного даже ему самому света. Определенного плана не было. Да и не могло быть в ситуации, когда они толком не знали, что собой представляют их противники, на что они способны, каковы пределы их возможностей, есть ли уязвимые места в созданной ими цивилизации, сумевшей поработить целую планету.

Неверов взглянул на Элайн. Она сидела, вся сжавшись внутри его большого для нее халата, словно старалась стать меньше и незаметнее.

Забирая ее из госпиталя, он не знал, что самый трудный момент наступит, когда все уже будет сказано и они вот так, молча, будут сидеть друг против друга. Огонек ночника высветил овал ее лица, такой знакомый… Но женская коленка, белевшая сквозь случайно откинувшуюся полу халата, внушала ему вместо желания непонятное, почти брезгливое чувство…

— Я ведь знаю почти все, о чем ты сейчас думаешь, — тихо проговорила Элайн, и он почувствовал, что волосы шевелятся у него на голове. — Нет, это не они… Просто я знаю, о чем ты должен думать… Я вот только одного не могу понять: за что мне все это? В чем здесь моя вина, почему именно я оказалась в той пещере? Я так надеялась, что кошмар моей прежней жизни с Тонино навсегда закончился, но пришел новый, еще более страшный…

Неожиданно для себя он встал, пересел к ней вплотную и, обняв, понял, что она плачет. И эти слезы, такие по-человечески беспомощные, пробили брешь там, где оказались бессильны любые слова…

ГЛАВА 24

На следующее утро Неверов собрал корабельный совет.

Это было первое официальное заседание с момента его образования.