Сборник космических циклов. Книги 1-24

У бластерного заряда нет металлической оболочки, но я отчетливо различил блестки оплавленного металла, вкрапленные в камень стены.

Я ни о чем не стал спрашивать Галова, лишь поудобнее расположил рукоять ножа. Игра входила в свою завершающую фазу.

Через несколько минут мы стояли перед входом в здание. Дверей здесь, как, впрочем, и во всех других домах Липона, не было. В стене чернел округлый темный провал — словно вход в какую-то пещеру.

— Нам туда? — В ответ Галов кивнул. — Пойдешь первым. — Он не стал возражать, и это несколько успокоило меня.

Прежде чем войти в здание, я последний раз при свете дня всмотрелся в лицо Лании. Оно оставалось таким же безмятежным, каким стало в ту минуту, когда подействовало лекарство Мейнуса. И совершенно белым. Дыхания не было, пульс не прощупывался — мы несли труп, и мне потребовалось огромное усилие воли, чтобы убедить себя в том, что это не так.

По крайней мере, мышцы до сих пор не смогло одолеть трупное окоченение, и если мы успеем вовремя найти «Орешек», если сумеем добраться на нем до Земли… Земные медики ее оживят…

Я мысленно прикинул наши шансы: если Галов нас не обманет, если «Орешек» окажется на месте, если боевики повстанцев нас выпустят, если крейсеры «Феникса» не испепелят нас при выходе на орбиту…

И все же надежда оставалась, совсем крохотная. Может, один шанс на тысячу… И все же она была. Земные медицинские центры справятся с ее раной в два счета, земные врачи сумеют вывести ее из анабиоза… «Держись, девочка… Я увезу тебя отсюда, как обещал», — прошептал я, словно она могла меня услышать.

В следующую минуту мрачная темнота липонского здания поглотила нас. Здесь не было никаких светильников, а если и были, пронесшиеся над этими стенами века давно разрушили их. Узкие лучи наших фонарей не могли справиться с огромным пространством. Внутри этого здания не было ни единой перегородки.

Вскоре мы достигли противоположной стены. Мы с Северцевым опустили носилки на пол и уставились на стену, словно увидели в ней привидение.

Из серого необработанного камня, словно отлитого из единого куска, наружу выступала обыкновенная, земная, кессонная дверь. С большим поворотным колесом, снабженным толстыми спицами, с окошечком кодового замка и большими заклепками, обегавшими ее по периметру.

— Это и есть проход, — не без гордости проговорил Галов. — Я выполнил свою работу и хотел бы получить обещанную плату.

Краем глаза я заметил, что он отступил на пару шагов и, словно ненароком, навел на нас ствол бластера.

— Сначала откройте дверь.

— Это уж ваше дело. Об этом мы не договаривались. Я обещал только проводить вас к проходу.

— Мы договаривались о проходе, а не о запертой двери. Но тем не менее я готов пойти вам навстречу. Вы можете оставить у себя этот бластер.