Сборник космических циклов. Книги 1-24

Стараясь не показать, что я заметил неискренность в его восторгах по поводу моего прибытия, я начал разговор с безобидного на первый взгляд вопроса:

— Как вам удалось создать надежную конспирацию для такого числа людей? Ведь у вас здесь не меньше ста человек.

— Ну, всех вам вряд ли удалось сосчитать — но вообще-то это было для нас самой серьезной проблемой. Прежде чем создавать центр, мы продумали до последней мелочи систему безопасности. Люди, которые согласились здесь работать, никогда не покидают территории центра. Это нелегко, хотя помещений у нас много. Месяца через два люди начинают тосковать по наружному миру. Прогулки по пустыне мало помогают. В общем, приходится с этим мириться. Нам повезло в том отношении, что центр расположен глубоко под землей и защищен толстыми железобетонными стенами, сквозь которые не может пробиться никакое радиоизлучение. Так что локаторами нас не обнаружить.

Пустыня, окружающая нас, позволяет следить за тем, чтобы никто не мог незамеченным покинуть центр или приблизиться к нему. Здесь еще до нас были созданы неплохие системы внешнего наблюдения.

Я заметил, что мой вопрос был приятен Коленскому. Центр был его детищем, и он не мог отказать себе в удовольствии представить его новому человеку в лучшем виде.

Все же одно серьезное сомнение у меня осталось, и я решил не скрывать его от Коленского. Я не понимал, как такое большое и сложное предприятие, нуждающееся в постоянных поставках оборудования и материалов, могло оставаться не замеченным «Фениксом» на протяжении многих лет.

— Это удалось благодаря действующему руднику, — пояснил Коленский. Все наши поставки идут через него. Формально рудник принадлежит «Фениксу», но там везде работают наши люди. А главное, конечно, в том, что у «Феникса» хватает проблем в Барнуде. До пустыни у них руки не доходят. Какую-то роль сыграло и везение, конечно. Если бы «Феникс» узнал, чем мы тут занимаемся…"

"Лания много рассказывала мне об этом человеке, и, на мой взгляд, излишне восторженно. Не то чтобы я был с ней не согласен, общее впечатление от встречи определенно было положительным, но всегда обидно, если женщина, к которой ты неравнодушен, считает более интересным другого мужчину. Она не говорила об этом прямо, но именно это следовало из приведенного ею сравнения.

Коленский практически отказался от личной жизни, жена от него ушла, детей воспитывали родственники. Должна была существовать очень серьезная причина, из-за которой он подверг себя добровольному заточению в подземелье на многие годы.

Он не захотел начинать серьезного разговора до тех пор, пока не закончил всех текущих дел с сопровождавшим меня чиновником.