Сборник космических циклов. Книги 1-24

Любой ценой нужно было выиграть время и каким-то образом, не вызывая подозрений у проникшего в комнату существа, приблизиться к ножу. Главное сейчас не думать о ноже — о чем угодно, только не о ноже. Он читает мои мысли, как открытую книгу…

Любое другое оружие окажется бессильно против создания гиссанцев. Я не знал, что эти существа способны на передачу мысли, и никогда не слышал ни о чем подобном, но, видимо, их развитие и совершенствование проходило быстрее, чем мы могли предполагать.

«Оружие не понадобится, — вновь возник в моем сознании голос. Сегодня ты будешь драться по нашим правилам».

В ту же секунду я получил сокрушительный удар в солнечное сплетение. Нет. Чудовище не прикоснулось ко мне — это был ментальный удар. На секунду мне показалось, что кровь в моих жилах вскипела, и лишь мысль о Лании заставила меня сдержать крик боли. Я стоял, согнувшись пополам, упершись руками в край кровати, перед глазами плыли огненные круги. Я знал, что, если удар сейчас повторится, я не выдержу и потеряю сознание.

Но, видимо, для повторения удара требовалось какое-то время. Я почувствовал, что контроль над собственным телом постепенно возвращается ко мне. Если немедленно что-то не предпринять, ментальная атака повторится и я превращусь в беспомощного кролика, смотрящего в глаза удаву. Но я не кролик! Я человек!

Неожиданно я почувствовал, что во мне просыпается ярость. Эта тварь посмела проникнуть в мою комнату, посмела угрожать мне и Лании, она напала в тот момент, когда я был с женщиной, нарушая неписаный кодекс чести, существовавший почти у всех народов Земли…

Я представил, как моя ярость формируется во что-то реальное, в огненный щит, прикрывающий меня и Ланию. Я увидел этот щит. Я ощутил его существование, и в тот момент, когда удар повторился, я приподнял этот воображаемый щит и развернул его так, чтобы отразить удар обратно в своего противника."

"Чудовище взревело от боли и ярости, потом закричала проснувшаяся Лания. Но я, не отвлекаясь и не теряя ни одного из драгоценных мгновений, прыгнул на другую сторону кровати, туда, где поверх одежды лежал ремень с прикрепленными к нему ножнами.

Удар повторился лишь тогда, когда я крепко сжал в ладони рукоятку кинжала. Щита в это время уже не было, да и сил у меня не осталось на то, чтобы повторить подобный фокус. Теперь от боли закричал я. Однако удар опоздал. Даже слабого движения кисти, выпустившего кинжал в цель, оказалось достаточно.

Сталь свистнула в воздухе, и в том месте, где она соприкоснулась с телом монстра, вспыхнуло фиолетовое пламя. Отвратительная вонь наполнила комнату, монстр пошатнулся и рухнул на пол. Теперь он таял у нас на глазах, превращаясь в облака удушливого дыма.

Мы выехали из города с рассветом.