"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10

Директриса подписывает заявление, и я ошущаю некоторую неприкаянность. Неужели я, женщина, отдававшая работе весь свой пыл, вот так легко от нее отказалась? Ведь днем я работала вовсе не из-за денег. Просто хотелось видеть рядом интеллигентные человеческие лица, а не оскаленные клыки и налитые кровью глаза. Нравилось рассуждать на тему большой литературы, спорить по поводу очередной книжной новинки, хвалить чьи-то свежеприобретенные туфли или губную помаду…

Но я должна лишить себя общения с обычными женщинами. Кто знает, какая я стану после прохождения Обряда?! Вдруг я буду чудовищной стервой, доводящей всех до истерик и самоубийств? Я и так-то далеко не ангел… Кроме того, на ближайшее будущее у меня весьма батальные планы, с которыми работа библиотекаря просто не сочетается. Я ведь собираюсь драться. За свою жизнь, любовь и право быть лучшей. Да-а… Чего-чего, а самомнения у меня уже выше всяких нормативов!

Маленькая хрупкая Иринка из отдела компьютерного сервиса округлила глаза, когда я сообщила ей о своем решении уволиться.

— Ой как жалко! — воскликнула она. — А с кем же я теперь в «Остров невезения» играть буду?

«Остров невезения» была компьютерная игра, которую придумал Иринкин муж — потрясающий программист и неисправимый геймер. Находясь на «острове», нам приходилось вариться в котлах у туземцев. становиться жертвами сексуальных домогательств одичавших матросов с «Марии Селесты», находить сокровища, спасать экологию и тому подобное. Конечно, за игры в рабочее время нам часто влетало. Но, по свидетельству Иринки, наша директриса сама частенько грешила тем же.

— Не огорчайся, — улыбнулась я Иринке. — Просто у меня так сложились обстоятельства.

Так, с Иринкой я попрощалась. Теперь еще один нерешенный вопрос. Я просочилась в книгохранилище и внимательно огляделась… — Букс, — шепотом позвала я. — Букс, ты тут? Я пришла, как обещала. Покажись мне…

Истинное зрение тем и удобно, что можно увидеть вещи в совершенно неожиданном свете. Услышав тихий свист откуда-то сверху, я подняла голову. На самой верхней полке стеллажа с детективами вальяжно развалился мой макулатурный знакомец и приветственно махал мне тощими лапками.

— Хай, старуха Изергиль! — весело прошуршал он.

Так-так. Малыш явно вступил в период пубертатного созревания. В прошлый раз он не был таким нахальным.

— Слезай оттуда, негодник! — погрозила я пальцем. — Хочу с тобой пообщаться.

— Звоните и приезжайте! — посоветовал Букс, и на его мятой газетной мордашке нарисовалось явное ехидство.