"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10

Было много речей (официально-хвалебных и хвалебных с юморком), актеры любительского театра-студии при Союзе писателей России, неловко махая мечами, изобразили батальную сцену из авдеевского романа, потом Белинскому вручили очередную премию, причем очень оригинальную: яшмовую фигурку крысы, сидящей на друзе горного хрусталя. Лицо женщины, вручавшей статуэтку, было полускрыто вуалью.

— Какую организацию вы представляете? — негромко спросил Авдей, принимая премию.

— Те, кто придет, — загадочно ответила женщина, и непонятно было: то ли это название организации, то ли еще какая чертовщина.

После всех поздравлений Авдей, чувствуя себя немыслимо усталым, выдавил из себя благодарственную речь. И начался банкет. Авдей усадил Инари рядом с собой, избегая отвечать на вопросы типа: «Авдей Игоревич, а где ваша супруга?»

— Инари, нам надо бежать отсюда, — прошептал Авдей японке.

— Почему? Ведь эти люди собрались здесь ради вас.

— Я думаю, моего отсутствия уже не заметят…. И действительно, банкет находился уже в том градусе, при котором отсутствие виновника торжества воспринималось как нечто само собой разумеющееся.

— Инари, пожалуйста, поедем к тебе, — принялся упрашивать Авдей, едва они сели в такси. — Уверяю, я сейчас абсолютно безопасен и годен лишь на то, чтобы пить анальгин с нарзаном. Я у тебя просто посижу в тишине, остыну от всей этой болтовни…

Машина тронулась, Инари внимательно поглядела на Авдея.

— У вас болит голова? — внезапно спросила она.

— Что голова, она кость! Такое впечатление, что у меня болит все до последней нитки в носках.

— Это странно, — в глазах японки появилась какая-то нечеловеческая глубина. — Такое бывает, если навести на человека порчу или дать ему заклятый предмет.

— Чепуха, — поморщился Авдей. — Да и не давали мне ничего… Стоп! Яшмовая крыса!

Он раскрыл свой дипломат, где лежала статуэтка, и скорчился от новой волны боли.

— Перепил мужик… — сочувственно покачал головой водитель.

Инари во все глаза глядела на крысу.

— О милостивый Амиду, — прошептала она помертвелыми губами. — Неужели они теперь и здесь?!

Не обращая внимания на вопросы Авдея, она положила дипломат к себе на колени и уставилась на статуэтку долгим немигающим взглядом. Глаза ее при этом стали переливчато-золотыми, как бумага для упаковки подарков. Под взглядом Инари фигурка претерпела разительные перемены: вместо яшмы и хрусталя в дипломате Авдея теперь лежала полуразложившаяся, кишащая червями вонючая крыса, зажавшая в лапках остатки тряпки, в которой Авдей опознал свой давно выброшенный на помойку галстук.

— Аудэу, вам дорог этот чемодан?

— В таком случае откройте окно.

Инари захлопнула дипломат и, едва они въехали на мост, швырнула его в Яузу.