"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10

В нем вдруг шевельнулся какой-то детский ужас; впервые за все время его злоключений полковник, как малолетний персонаж какого-нибудь голливудского триллера, испугался неизвестности, прячущейся за красивой обстановкой и кажущейся тишиной.

Дрон Петрович стиснул зубы и зашагал вверх по лестнице вслед за своим бритоголовым проводником. Они миновали неосвещенную галерею второго этажа, и полковник помыслил было, что сейчас ему представляется возможность напасть на своего спутника, оглушить его ударом и бежать. Но это было бессмысленно. Во-первых, такого парнишку и кувалдой не оглушишь, во-вторых, куда бежать? Полковник вспомнил про кружащих возле забора волков, про жестокие кукольные глаза своей конвоирши и решил, что отступать ему некуда. Впереди Москва.

… Однако пока впереди оказалась не Москва, а небольшая комната, выдержанная исключительно в изумрудно-зеленых тонах благородного камня малахита. Бритоголовый парень шепотом приказал полковнику стоять — не двигаться возле небольшой резной колонны, украшенной золотой статуэткой крысы, опирающейся передними лапками на непонятный диск с дыркой посередине.

«Богатая жизнь, куда ни плюнь, сплошные драгметаллы и камушки», — с внезапным уважением к неизвестному хозяину этой красивой комнаты подумал полковник. Было тихо, бритоголовый ушел, а полковник как первоклассник в Эрмитаже стоял и рассматривал комнату. Потолок, стены, пол, даже подоконники — все было малахитовое; полковник робко потер грязным пальцем стену и убедился — малахит, чистый камень, не обои какие-нибудь самоклеящиеся! На полу лежал пушистый темно-зеленый ковер с изображением желтой крысы, плывущей на лодке. Мебели в комнате было немного — несколько низеньких пуфиков с пухлыми золотыми кистями по бокам, блестящий овальный столик (на нем стояла лампа в виде ветки с золотыми лилиями — из этих цветов и шел свет, достаточно яркий для того, чтобы увидеть всю красоту), небольшой шкафчик, вроде комода, только тоже весь по виду из золота, а ручки блестят так, словно в них и впрямь вставлены бриллианты. Самым скромным предметом было темное кожаное кресло, сделанное под старину, с высокой спинкой. Поскольку оно повернуто было к полковнику этой самой спинкой, он не мог разглядеть, сидит там кто-нибудь или нет… Да и стояло это кресло в самом дальнем и неосвещенном углу комнаты, поэтому внимания полковника не привлекло. Кирпичного страшно волновали два вопроса: настоящие ли тут камушки и есть ли поблизости сортир.

— Бриллианты настоящие, — услышал полковник мелодичный женский голос и увидел, как темное кресло развернулось, являя Кирпичному сидящую в нем даму в длинном зеленом же одеянии.